Страна кентавров

Страна кентавров

16.07.2011 05:31

Страна кентавров

Хотите пройти тропой кентавров, увидеть корабль, на котором царь Ясон отправился к берегам Колхиды за золотым руном, посидеть в рыбацкой таверне, искупаться в прозрачной воде Пагасийского залива, побывать в старинных горных деревушках, где растут тысячелетние платаны и бродят призраки былого, хотите выпить целебный настой из трав, тех самых, которые собирал еще Гиппократ под руководством мудрого кентавра Хирона – езжайте в Фессалию!

Фессалия – это та Греция, которую мы еще не знаем. Там практически нет российских туристов. Да и европейцы «открыли» ее для себя сравнительно недавно. Если известные курорты Родоса, Крита, Корфу – это как искрящееся веселое шампанское, то «вкус» Фессалии – это вкус изысканного коньяка 25-летней выдержки, рассчитанный на тонкого ценителя. Это древний край, полный мистики и загадок.

На родине аргонавтов

В греческой мифологии гора Пелион на востоке Фессалии считается местом обитания кентавров. Эти сказочные полу-люди, полу-кони активно вмешивались и в дела обычных людей. Так, кентавр Хирон вырастил предводителя аргонавтов Ясона. Предание гласит, что у кентавров обучался искусству врачевания основатель современной медицины Гиппократ. У подножия Пелиона расположился город Волос, построенный на развалинах древнего Иолка. Именно оттуда аргонавты во главе с Ясоном отплыли к берегам Колхиды (нынешняя Абхазия и Мегрелия), чтобы добыть золотое руно.

Ныне легенда ожила. Греческим кораблестроителям удалось по сохранившимся рисункам и при помощи древних технологий воссоздать легендарный Арго, корабль аргонавтов. Строительство корабля заняло 4 года – с 2000-го по 2004-й, и обошлось греческому бюджету в кругленькую сумму. Сейчас Арго находится в старом порту города Волос и охраняется, как стратегический военный объект. Нас, группу российских журналистов, допустили к нему только после долгих согласований с городским начальством.

Корабль длиной 28,5 метров с одной мачтой перемещается при помощи 50-ти гребцов и парусов. Он уже выходил в море, но мы нашли его на верфи: Арго предстоял ремонт. То, что его так охраняют, не удивительно: Арго полностью сделан из дерева, и уничтожить его не составит большого труда для каких-нибудь завистников. Вскоре его почистят, покрасят, спустят на воду, и не исключено, что он вновь направится в Черное море, к берегам Колхиды.

Волос – небольшой портовый город, жизнь в котором течет размеренно и безмятежно. Ранним утром к пристани причаливают рыбацкие катера и лодки со свежим уловом. Тут же его и продают - горожане запасаются свежайшей, только что выловленной из моря рыбой, осьминогами, креветками. В этот час в многочисленных тавернах вдоль набережной еще пустынно. Они постепенно оживают после 15-16 часов дня, когда обыватели начинают просыпаться после обязательной для греков сиесты. А вечером найти свободный столик уже невозможно.

В приморских тавернах – «ципурадико» - принято заказывать маленькие, по 50 мл, бутылочки с циппуро. Это греческий виноградный самогон, в который обычно добавляют много аниса. Кроме циппуро, специально заказывать ничего не надо – закуски принесут сами. К каждой бутылочке полагается определенное количество тарелок с разнообразными закусками из рыбы и морепродуктов. Счет выставляется по количеству выпитых бутылочек. Скажем, у вас компания из 10 человек – смело заказываете 20 бутылочек, по две на нос. Этот обычай сложился давно. Первоначально «ципурадико» были предназначены для рыбаков: когда они сходили на берег, усталые и продрогшие, то нуждались в хорошем глотке крепкого напитка, а закусывали тем, что только что выловили из моря.

Кто не пьет самогон, может заказать «краси» - вино. Особенно хороша в жару рецина – легкое белое вино с запахом и привкусом сосновой смолы.

Из десертов рекомендую местный деревенский йогурт, приправленный разнообразными сортами варений: черешневым, инжировым, ореховым и даже морковным. Ну и, конечно, греческий кофе – это обычный турецкий, но в Греции, как и в Армении, турецким его лучше не называть.

Греки обедают и ужинают поздно, за столом сидят часами. В полночь таверны полны людей. Особенно если предстоят выходные. В пятницу и субботу за ужин садятся около 22 часов, потом могут пойти в бар и заказать крепкие напитки. Проводят время там за выпивкой и приятной беседой, либо отправляются в заведения с живой музыкой – «бузуки» и часто покидают их только в 9 утра – когда они закрываются.

Не так страшен кризис…

- У нас все не так плохо, как показывают по телевизору. - Костас Агурастос, глава греческого региона Фессалия, встретился с российскими журналистами в аэропорту города Волос. Аэропорт не работал, но не из-за забастовки, как нам объяснили, а просто потому, что в этот день не было рейсов. – Фессалия не так сильно пострадала от кризиса, как другие регионы. Мы живем в основном за счет сельского хозяйства и туризма, пользуемся тем, что сами производим. Что не съедим и не выпьем сами, отправляем на экспорт.

Фессалия – регион немаленький, в России губернатор уровня г-на Агурастоса на встречу с журналистами в аэропорту приехал бы в сопровождении одного, а то и двух джипов охраны. Но когда я сказала об этом нашему собеседнику, он только рассмеялся.

- У меня нет охраны, для Греции это нормально. Это доказывает, что здесь абсолютно безопасно, независимо от того, большой ты человек или маленький. Мне никто не желает зла, у меня очень хорошие отношения с народом. Я сам вожу машину, у меня нет водителя и прислуги. Мне нравится все делать самому.

Понятно, что г-н Агурастос, как опытный политик, всегда держит в уме грядущие выборы. Но когда он говорил о безопасности, он не лукавил. В греческой провинции практически не ощущается накал социального протеста, которым охвачена столица. Несмотря на то, что наша поездка совпала по времени со всеобщей забастовкой, мы не ощутили на себе никаких ее последствий. Демонстрацию греческих трудящихся мы видели только один раз – около 20 человек размахивали флагами в центре Волоса.

- Нет ничего удивительного в том, что люди отстаивают свои права. – говорит губернатор. – Но все участники акций протеста прекрасно понимают, что туризм – основа благополучия Греции. Они хотят, чтобы туристов приезжало как можно больше. Поэтому они стараются проводить свои акции так, чтобы интересы туристов не пострадали. Туристическую сферу забастовки вообще не затрагивают. Отели, рестораны, таверны работают все время, их сотрудники не бастуют.

В этом мы смогли убедиться на собственном опыте.

Мокрое место

Вечером вместе с главой отдела по туризму муниципалитета города Волос Сулой Барджьёка мы едем в горную деревню Макриница, расположенную недалеко от Волоса. Вдоль мощеной камнем сельской улицы – ряд лавок, в которых продают керамику, собранные в окрестностях лечебные травы, мед, мармелады и варенья. На центральной площади растет невероятной толщины тысячелетний платан и бьет целебный источник. В нижней части платана – огромное дупло, куда свободно может войти взрослый человек. Крона могучего дерева накрывает всю площадь. Это место часто называют «балконом Пелиона»: отсюда открывается прекрасный вид вниз, на Волос, который ночью похож на огромную светящуюся подкову. Внутри подковы таинственно блестит вода Пагасийского залива.

Нас встречает староста деревни, и с ходу сообщает нечто удивительное:

- Название нашей деревни - Макриница - имеет русское происхождение. Очень давно кто-то из русских путешественников, приехав сюда, удивился: «как у вас здесь мокро!» Отсюда и пошло название.

По преданию, Макриницу основали беженцы из захваченного турками Константинополя. В 15 веке. Когда они пришли сюда, этот платан уже был. Здесь действительно всегда мокро: в деревне более сотни источников, и вообще под Пилио находится огромное подземное озеро. Приезжие могут остановиться в одном из старинных особняков, переоборудованных под гостиницы. Вообще здесь по решению Юнеско любые новые постройки не должны отличаться по стилю от старых.

За стол мы садимся около полуночи, чувствуя себя при этом настоящими греками.

На следующее утро мы отправляемся в путь по горным серпантинам. Ведь Макриница – лишь одна из 24 деревушек Пилио, каждая из которых уникальна. Мы убеждаемся, что Пилио – это действительно «мокрое место»: водопады, горные речушки, несущиеся по дну глубоких ущелий среди пышной зелени, источники, бьющие из-под земли… Вода здесь буквально везде.

Таинственный Пилио

В деревне Лехония среди аккуратных ухоженных домиков замечаем полуразрушенное строение. «С этим домом связана интересная легенда. – рассказывает Юлия Лайос, наш ангел-хранитель и проводник по Пилио. – Кто бы его ни купил, достроить никак не получается. То деньги закончатся, то стройматериалы украдут. Мистика».

Еще один «мистический объект» - развалины старого, 19 века, здания. У него дурная репутация: говорят, что всякий, кто пытался его восстановить, погибал. От болезни, от несчастного случая… Во время Второй мировой войны в подвале дома располагалось гестапо. Связываться с этим домом никто уже не хочет – все боятся.

Живописная деревушка Агиос Георгиос (Святого Георгия) полна старых домов, которым лет по 300-400. Все здесь дышит покоем и безмятежностью. Хозяйка одного из маленьких отелей, Марианна, рассказывает нам, что она половину жизни проработала в Афинах в банке. Но потом купила здесь старинный дом, который построили еще в средние века турки. Сама все отремонтировала, многие элементы дизайна, например, старинную плитку, кусочек древней колонны, приобрела у местных жителей. Получилось очень уютно и необычно.

На центральной площади Цагарады за столиками кафе мы пьем греческий кофе и закусываем жареными каштанами. Площадь, как зеленый шатер, накрывает огромная крона тысячелетнего платана. Здесь же стоит церковь святой Пятницы, которой тоже около 1000 лет. Деревня знаменита своими цветами. Здесь выращивают 90% гардений, продающихся в Греции.

По Пилио можно путешествовать не только на машине, но и на маленьком паровозике, маршрут которого проходит от Ано Лехония до станции Милес. Паровозик работает на пару. Вагоны деревянные. Пассажиры из окна могут любоваться красотой природы, проезжая через леса и ущелья, над обрывами по висячим мостам. У местных жителей паровозик имеет прозвище «уголек». Раньше он работал на угле, и пассажиры выходили из вагонов черными от копоти.

- Я, можно, сказать, вырос в этом поезде. – рассказывает президент Ассоциации владельцев отелей Нома Магнисии Костас Леведис. – Ездил на нем в школу. Вплоть до 1950-го года поезд использовался для перевозки пассажиров и грузов, потому что другой дороги для связи Волоса с Восточным Пилио не было. Сейчас он возит только туристов.

Мы находимся на станции Милес. Железная дорога выглядит, как игрушечная: расстояние между рельсами всего 60 см. Ее строительство началось в 1885 году, а закончилось в начале 20 века. Построил дорогу отец известного итальянского художника греческого происхождения Джорджо де Кирико.

Костас Леведис – типичный представитель греческого «среднего класса». От родителей ему досталась гостиница в приморской деревне Агиос Иоаннис (Восточное Пилио). Это семейный бизнес: и супруга, и дети Костаса работают в гостинице. Жена Виолетта лично занимается оформлением комнат, печет пироги и булочки постояльцам на завтрак. Старший сын Димитриос изучал в Лондоне гостиничное дело, предполагается, что именно ему перейдет руководство отелем. Дочь Авра учится в Афинах на дизайнера, она пока не решила, чем будет заниматься. Но во время каникул все дети помогают родителям и не считают зазорным даже носить сумки постояльцев.

Мы страшно удивились, узнав, что водитель автобуса, который возил нас все эти пять дней – тоже, оказывается, представитель «мелкой буржуазии». У его семьи есть таверна в горной деревне Киссос. Об этом мы узнали, приехав в эту самую деревню. Представьте себе в Москве владельца ресторана, который подрабатывает простым шоферюгой.

Парящие над бездной

В деревне Киссос всегда прохладно: она находится на высоте 550 метров над уровнем моря. Знаменита деревня тем, что здесь находится церковь Святой Марины, которую начали строить в 1650 году – еще во времена турецкого ига. Поэтому у нее нет куполов. «Турки запрещали», - говорит жена местного священника Василики Михалоро. Зато у храма есть уникальные «внутренние купола», изготовленные из древесины каштана и расписанные народными художниками. Натуральные краски почти не поблекли от времени. Деревянные колонны храма представляют собой цельные стволы деревьев от пола до потолка. Они настолько прочные, что храм не пострадал во время многочисленных землетрясений…

А еще уникален церковный алтарь, покрытый листовым золотом по древнерусским технологиям. В храме даже найдена надпись на древнеславянском. «При изготовлении алтаря использовались золотые монеты, множество которых было найдено здесь в давние времена. – рассказывает жена священника. - Раньше золото называли словом «ксо». Считается, что от него и произошло название деревни».

Можно догадаться, что девочек, которые рождаются в Киссос, очень часто называют Маринами.

 

Православие – это то, что роднит нас с греками. В Фессалии находятся совершенно уникальные православные монастыри – Метеоры. По-гречески это слово означает «парящие в воздухе». Представьте себе грандиозные каменные столбы, словно висящие в воздухе. На вершинах этих скал, на высоте 600 метров над уровнем моря, находятся монастыри, из которых шесть – действующие. Описать это невозможно, надо увидеть. Всего здесь было 24 монастыря, строительство которых началось в 14-м веке. А первые отшельники здесь появились еще в 9-м веке.

Мы поднимаемся в монастырь Святого Варлаама, в котором осталось 7 монахов. В наше время подняться сюда может любой человек. А в прошлом для этого требовалось изрядное мужество. Ступени, по которым сейчас идут туристы, появились только в 20-е годы прошлого века. А мост – и вовсе после Второй мировой войны. Как же поднимались до этого?

Это, пожалуй, самое невероятное из всего, что мы услышали в Метеорах. Нам показали подъемную площадку и «катушки» - механизм типа колодезного. Грузы поднимали сюда на деревянной платформе. С паломниками было сложнее. Их поднимали в огромной «авоське», сплетенной из толстых веревок. Подъем занимал около получаса, все это время паломник раскачивался над бездной. Не удивительно, что, оказавшись на площадке, он возносил молитву Богу. Один из русских путешественников, Василий Григорович-Барский, вспоминал, что, поднявшись в монастырь, он заметил наверху, что веревка почти перетерлась. Тогда он спросил монахов: «а как часто меняете?» На что ему честно ответили: «когда обрывается, тогда и меняем». Такая смерть считалась «богоугодной». К этому относились спокойно. Считалось, что это происходит, если земной путь человека уже закончен, и что погибший такой смертью человек обязательно попадает в рай.

КОЛ-ВО ПОКАЗОВ: 6191

ИСТОЧНИК: http://www.mk.ru





КОММЕНТАРИИ

Форум для отзывов 11 не существует.