По ту сторону счастья

21.07.2003 00:00

По ту сторону счастья

...Я тебя не оставлю, - с этих слов, сказанных Леночке однажды за столиком в кафе молодым симпатичным парнем, началась история, в которой были слезы, настоящее, неприкрытое горе, потеря ребенка, появившиеся и рухнувшие в одночасье надежды, разочарования и ненависть к жизни...



Как-то раз солнечным субботним утром я решила прогуляться в ближайший парк - отдохнуть от шума цивилизации и вдохнуть глоток кислорода. Взяла газету, стаканчик фраппе, и в прекрасном настроении отправилась в зеленый оазис в одном из центральных районов Афин. Чтение наскучило довольно быстро - солнце светит, птицы поют, все настраивает на мечтательный лад. Стала представлять себе, как поеду в отпуск домой (осталась сущая безделица - дождаться заветной адии парамонис), наблюдая за малышней в колясках и на руках бабушек-дедушек, гоняющей футбольный мячик и только делающей первые шаги, уцепившись за палец гордых родителей. Картина, согласитесь, довольно редкая для Афин, а потому вдвойне приятная. Мое внимание привлекла молодая женщина, сидящая, как и я, в одиночестве и так же, как я, рассматривающая детвору. Только в глазах ее блестели слезы, и вид у нее был какой-то несчастный. Почувствовав на себе мой, возможно, слишком пристальный взгляд, женщина подняла глаза. Я улыбнулась ей и уткнулась в газету. Через некоторое время она присела на лавочку рядом со мной и спросила, кивнув на «Омонию»: «Вы говорите по-русски?»
- Да, - сказала я, и женщина, представившаяся Леной, вдруг прошептала: «Знаете, не могу смотреть на маленьких детей без боли».
Я подумала, что это одна из наших женщин, приехавшая в Грецию на заработки и вынужденная оставить ребенка с бабушкой. История, к сожалению, не редкая в это время и в этой стране. Но все оказалось гораздо трагичней. Лену как прорвало - она говорила и говорила, я не осмеливалась ее прервать, понимая, что носить в себе такую боль невозможно, и ей просто нужно выговорится незнакомому человеку, которого она видит в первый и, возможно, в последний раз в жизни.




Все началось четыре года назад. Симпатичная Леночка отмечала вместе с подругами день рождения в одном из кафе Кишинева. Там она познакомилась с Димой -  греком из Казахстана. Он был хорош собой, приятен в общении, в общем, полностью подходил на роль сердечного друга. Лена рассказала о себе все - как их бросил отец, как она страдает из-за натянутых отношений с матерью, у которой своя собственная жизнь, как тяжело в Молдавии зарабатывать на жизнь, как она не может поступить учиться, потому что надо работать, чтобы сводить концы с концами.
«Теперь-то я понимаю, что была для него идеальной кандидатурой - поднимать шум некому, немногочисленная родня не удивится моему отъезду», - горько усмехаясь, говорит Лена. Дима предложил ей поехать в Грецию - ухаживать за стариками и детьми, денег подзаработать, а заодно и понежиться на знаменитых греческих пляжах. «Я тебя не оставлю» - сказал он. Знала бы она тогда, что это значит…
У Димы были знакомые в бюро, занимающемся трудоустройством девушек в Греции. Услуги его стоили недешево, но выплачивать деньги можно было из зарплаты по приезде, да и Дима обещал быть рядом и помогать, чем сможет. И она решилась.
«Я и еще две девушки прибыли рано утром в Салоники на его машине. Каждую из нас поселили в отдельный номер в гостинице. Не первого класса, но вполне приличной, а паспорта мы оставили на стойке регистрации. Вечером пришла женщина, представилась как Фотини (тоже из наших) и сказала, что завтра за мной приедут и отвезут на работу в один дом ухаживать за ребенком, а паспорт она оставляет у себя до тех пор, пока я не выплачу долг фирме.
На следующий день за мной приехал незнакомый мужчина, не говорящий по-русски. Я села в машину и часа через полтора мы приехали в какой-то сельский район. Там мы вошли в двухэтажный дом, где меня уже ждала Фотини, и, улыбаясь, объяснила, что я должна буду делать. Я была шокирована, но меня предупредили – убежать невозможно, в случае попытки я буду жестоко наказана, и напомнили о том, что у меня отныне нет паспорта. «Отработаешь деньги с процентами, и гуляй на все четыре стороны» - сказала Фотини.
Всего в этом доме жило и работало 10-12 девушек – кто-то уходил «на повышение», кто-то просто исчезал. Выходить из дома было категорически запрещено. Да что там запрещено, нас стерегли день и ночь. Так я «прожила» почти два года. Мне-то и на родине жилось несладко, но, по сравнению с самыми худшими днями из моей прошлой жизни эти два года оказались беспросветно черными. Меня заставляли обслуживать клиентов по 15 часов в сутки. Среди них были не только местные, но и албанцы, и понтийцы, некоторые отличались особой жестокостью. Иногда я, как мне казалось, находила в ком-то из них капли сострадания, пыталась просить о помощи, но в ответ слышала в лучшем случае что-то вроде: «Что, не нравится за детками ухаживать?» Дима исчез без следа.
В один из тех кошмарных дней на пороге моей комнаты появился очередной клиент. Как я узнала позднее, это был врач, довольно известный среди выходцев из бывшего СССР. Пожилой, женат, двое взрослых детей, дом – полная чаша. Он выглядел настолько респектабельно, что никто не мог и заподозрить, что он посещает подобные заведения.
Этот врач – назовем его Панайот – выкупил меня из борделя (по-другому это назвать нельзя), что обошлось ему, по его словам, в миллион драхм. Сомневаюсь, что он испытывал ко мне какие-то особенные чувства, просто понравилась смазливая мордашка и затравленный взгляд, и он решил почувствовать себя благородным, ну, а заодно и завести персональную рабыню. Я, естественно обрадовалась – думала, наивная, что выхожу на свободу, но свобода эта была относительной - я разве что лишилась обязанности обслуживать энное количество клиентов. Никаких других перемен в моей жизни не происходило – я по-прежнему сидела взаперти в квартире, которую он для меня снимал, и должна была обслуживать его по первому требованию. Он категорически отказывался выпускать меня из дома даже в ближайший супермаркет и, кроме того, оказался настоящим садистом. Я вела себя, как послушная собачонка, чтобы усыпить его подозрительность и завоевать доверие, потому что у меня была мечта, для осуществления которой мне нужно было развязать себе руки.
Я попросила его покупать мне газеты на русском языке, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, что происходит за стенами моей темницы. Он согласился, и раз в неделю я даже радовалась его приходу, потому что вместе с ним в мою тюрьму проникали новости и люди со своими историями, проблемами, радостями и печалями. Газеты я прочитывала от корки до корки, естественно, не пропускала и объявления в разделах «Работа». Работа была, и обещанная зарплата не была намного меньше, чем та, которую «зарабатывала» я.
Тогда, набравшись смелости, в один прекрасный день я сбежала. Пока Панайот, расслабленно напевая, принимал душ, я, ни секунды не мешкая, вытащила его бумажник и ключи, заперла его в доме и сбежала. К тому времени у меня созрел план – ехать в Афины. Во-первых, в большом городе легко затеряться, во-вторых, мне хотелось уехать как можно дальше, чтобы ничто и никто не напоминал мне о пережитом кошмаре. Я села в поезд и приехала в Афины. Я боялась устраиваться на работу  по объявлению, но другого выхода не было. Из реклам различных агентств по трудоустройству я выбрала самое, на мой взгляд, серьезное, и они помогли мне найти работу в баре. Я сняла крошечную квартирку и начала новую жизнь, полную надежд.
В баре произошло событие, перевернувшее в очередной раз мою и без того не слишком спокойную жизнь - я познакомилась с Янисом. Он оказался той самой второй половинкой, о которой мечтает с детства каждая девушка. Он меня обожал! Рассказывал, как будем счастливы вместе, как поженимся, как заведем своих детей. В один по-настоящему прекрасный день я поняла, что беременна, о чем и сообщила Янису. Он обрадовался этому известию, как самому дорогому подарку в жизни. Все было, как в кино - он носил меня на руках, заботился обо мне, как о драгоценной фарфоровой статуэтке, разговаривал с будущим малышом. Пожениться до родов мы не успевали, т.к. он не получил еще на руки свидетельство о разводе. Но это не сильно омрачало время ожидания ребенка - главное, что он был рядом, и я полностью ему доверяла. Так безмятежно пролетело семь месяцев.
И вот однажды меня поднял с постели ночной звонок. Звонили из больницы «Евангелизмос». Сказали, что Янис поступил в критическом состоянии после аварии и перед тем, как его увезли в реанимацию, просил в случае чего позвонить жене, и дал наш домашний телефон. Я выскочила из дома, схватила такси. Вне себя от горя я металась по больнице в поисках реанимационного отделения. Когда мне позволили войти внутрь, он был еще жив. Он успел прошептать: «Береги себя и нашего ребенка», и тут запищал монитор. Медсестра стала поспешно подталкивать меня к выходу, успокаивая, говоря, что все будет хорошо. Но я уже поняла, что это конец. Конец его короткой жизни, конец моего короткого счастья, конец всего. Его родственники забрали тело и организовали похороны. У меня от потрясения случились преждевременные роды. Ребенка спасти не удалось».
Лена разрыдалась, а я сидела, потрясенная услышанным, и не знала, что сказать. Кто знает, сколько еще женщин носят в израненной душе страшные истории своей жизни, не имея возможности даже выплеснуть наболевшее…

(Имена героев и названия мест, где разворачивались события изменены)

Валерия ИЗМАЙЛОВА

КОЛ-ВО ПОКАЗОВ: 2495

ИСТОЧНИК: http://omonia.grek.ru





КОММЕНТАРИИ

Форум для отзывов 11 не существует.