Не верь, не бойся, не проси

02.07.2003 00:00

Не верь, не бойся, не проси

На прошлой неделе инициативная группа понтийских греков перекрыла участок Национальной дороги, блокировав тем самым движение по одной из основных магистралей страны. Причина – желание привлечь внимание властей к решению жилищного вопроса, которым по понятным причинам озабочено большинство репатриантов.
Тема эта болезненная, близкая практически каждому из нас (за исключением очень немногих счастливчиков). По крайней мере, так я думала, отправляясь с нашим фотокорреспондентом в Аспропирго, вернее, в его пригород Горитца.
Увиденное нас немного озадачило, но обо всем по порядку. Знаете, есть такой старый анекдот: один приятель спрашивает другого: «Вась, что такое «смешанные чувства»?» Тот ему отвечает: «Это когда ты видишь, как твоя теща на твоей новой машине летит в обрыв». Так и в этой ситуации – с одной стороны, всем нам хорошо известна изобретательность греческого правительства и бюрократического аппарата по части выматывания нервов, с другой, хозяева особняков, протестующие против уплаты налогов и сборов государству, что-то не похожи на бедных и обездоленных. Ехали мы, переполненные желанием, отстаивать интересы наших. Возвращаясь, спорили о том, а нуждаются ли они в защите? Согласитесь, сложно сострадать человеку, который отстроил четырехэтажный особняк, поставил рядом новенький «Мерседес», а теперь судится с таким сяким государством, требующим еще какие-то налоги. Потому что по всем законам логики просящий должен вызывать чувство жалости, а не зависти.
Логика понтийцев проста и понятна – они провели не одно десятилетие вне пределов своей родины, покинув ее, опять же, не по собственной воле, а, вернувшись, обнаружили, что их никто не ждет и оказывать какую-либо помощь не собирается. Как люди обстоятельные, за что им честь и хвала, они стали обживаться самостоятельно, руководствуясь, по-видимому, старым тюремным принципом (благодаря группе «Тату» ставшем с недавних пор визитной карточкой России) - «не верь, не бойся, не проси». Верить правительству перестали довольно давно – люди неглупые, и практически сразу поняли, что ни о какой помощи по типу немецкой или израильской речи не идет. Бояться тоже не в правилах народа, перенесшего столько испытаний за период новейшей истории. С «не проси» отношения сложнее, но…
История вопроса такова: одни из первых понтийцев, приехавшие из СССР на историческую родину в шестидесятых-семидесятых, основали на месте нынешнего Аспропирго небольшое поселение, приобретя в собственность у местного населения земельные участки. Отчуждались огороды греками совершенно добровольно, процесс купли-продажи оформлялся по всем правилам, в соответствии с нормами законодательства. На этих участках, повторюсь, законно приобретенных, люди начали строить дома, что совершенно понятно – приехали все семьями, с женами, детьми, стариками, на съемных квартирах обитать как-то не с руки. Да и с какой стати - приехали-то насовсем.
Довольно скоро выяснилось, что строить жилье на приобретенных земельных участках они не имели права, т.к. все эти участки не были включены в градостроительный план. Генеральный секретарь общества «Акритес ту Понту» Вангелис Софианидис рассказал, как все начиналось.
- Наш поселок строится с 1969 года. Мы покупали землю – кто сколько мог, и строились. Тогда насчитывалось не больше 300 домов, нас было около тысячи жителей. А сейчас вырос целый город, в котором живут 12-14 тысяч человек.
- Дома изначально были построены без разрешения?
- Да, вся эта территория вообще не включена в план застройки. Все, что вы видите вокруг, сделано нашими руками. Покупали участки и строили.
- Покупали у государства?
- Нет, здесь вообще нет ничего государственного. Все приобреталось у частных собственников.
- Если застройка производилась нелегально, как вы подключали дома к коммуникациям?
- В 1985 году был принят закон, в соответствии с которым все уже выстроенные дома должны были быть включены в план застройки. Каждый собственник написал соответствующее заявление, оплатил пошлину в размере 10 тысяч драхм – небольшие деньги, и это автоматически влекло за собой разрешение на подключение к электросетям, канализации и возможность провести телефон.
- А как жили 15 лет до принятия закона – без холодильников и телевизоров?
- С 1970 по 1983 год действовало временное разрешение, но тогда поселок насчитывал домов 300-400. Репатрианты же, приехавшие в 1990 году, смогли получить разрешение на проведение коммуникаций только в 1993. Причем, эти разрешения не сыпались с неба, их выбивали мы, члены общества. Впоследствии этот закон был отозван и все, кто не успел воспользоваться своими правами в период его действия, остались ни с чем.
- Перекрытие центральной автомагистрали было вызвано желанием граждан узаконить свои отношения с ДЕИ?
- Свет и вода - это один вопрос. Второй, и не менее важный - это штрафы от ИКИ и Управления градостроительства. ИКА в данной ситуации стоит на защите интересов рабочих, занятых в строительстве, а Управление контролирует законность застройки.
- Они что, только сейчас вдруг опомнились, что вырос целый город?
- Нет, извещения с требованиями оплатить штрафы приходят с самого первого дня. Дело в том, что при возведении жилья площадью 100 кв. метров застройщик, согласно существующим нормам, должен оплатить страховку рабочим за 143 дня – именно такой срок, якобы необходим для завершения строительства. Никто не знал об этом положении, и на деле вышло следующее: ИКА тебе начисляет 143 энсима, но ты об этом не знаешь. Приходит комиссия, видит готовый 100 метровый дом, и говорит: так, ты начал в январе, сегодня декабрь, прошло 12 месяцев. Штраф за неоплаченную ИКУ января – 150%. Т.е. штраф с приблизительно 700 тысяч за положенное количество энсима составляет примерно 2 миллиона драхм плюс те самые 700 тысяч.
Правда, в 1999 году вышел закон, согласно которому понтийцы платят 50% от этого штрафа. Это то, что касается ИКИ. Управление градостроительства штрафует по своей системе. Они замеряют дом, оценивают его: скажем, при площади 140 кв. метров стоимость дома составляет 10 миллионов драхм. Штраф - 10%.
- По всему выходит, что своевременное получение разрешения обошлось бы дешевле во всех отношениях. Почему же это не было сделано изначально?
- Это тема отдельного большого разговора. Здесь, в Греции, сначала думают, как продать, а потом – что же с этим делать. Т.е. сначала они нам продали свои огороды, а потом сказали: «Вы знаете, а здесь нельзя строить». Понтийцы же только приехали и не знали законов, не могли отстаивать свои права. Причем, в каждом районе расселения репатриантов из бывшего СССР на фоне общих проблем обустройства есть и свои собственные. Например, в Мандре люди приобрели участки леса. Но люди-то купили землю не на деревья любоваться, а дома строить! Начали, естественно, выкорчевывать деревья, чтобы расчистить площадку для строительства. И тут выясняется, что это запрещено. Кто об этом знал? Приходит кто-то очень умный, говорит: смотри, какой хороший участок, с деревьями, свежий воздух. Ты покупаешь, начинаешь строить, а тебе говорят – запрещено. Но это уже твоя собственность! Тем, кто все же построил, пришел штраф 40 миллионов.
Наши люди, правда, и сами порой виноваты. Я приехал из Казахстана в 1969 году, примерно тогда же было организовано и Общество. Мы обращались к соотечественникам, приехавшим позже: приходите, мы расскажем, как купить, чтобы потом не потерять. Не шли. Теперь расхлебываем.
И это не единственная проблема. Среди понтийцев, например, очень высок уровень безработицы. Причем, это не та безработица, когда люди не хотят работать, а профильная – когда невозможно устроиться по специальности. Среди коренных греков процент профильных безработных составляет 3-4%, а среди понтийцев достигает 50%.
- Чем вызвано нынешнее обострение ситуации?
- У людей переполняется чаша терпения. Государство не собирается протягивать руку помощи своим собственным гражданам. Мы ничего от него не ждали и не просили, сами сделали себе крышу над головой. И вместо того, чтобы сказать спасибо за то, что мы сняли с государства груз забот о нашем обустройстве, оно пытается еще и нажиться на нас, залатав дыры той же ИКИ, требуя с нас необоснованные платежи. Ведь при желании государство могло бы очень облегчить нам процесс адаптации. Например, некоторое время назад соответствующие министерства направили в Аспропирго группу социальных работников, которые на протяжении нескольких месяцев вели кропотливую работу с населением. Работа заключалась в следующем: девушки принимали людей, у которых накопился ворох неразрешенных проблем, и помогали разрешить ситуации, из которых, как казалось, нет выхода. Например, устраивали в специальные школы детей-инвалидов – мы просто не знали, что существуют специализированные государственные школы, представители которых забирают ребенка из дома и после занятий привозят обратно. Помогали добиться начисления социальных пенсий по старости – 60-70 тысяч драхм, небольшие деньги, но это позволяло старикам не чувствовать себя обузой. Начало было положено, но средств на это благое дело у государство хватило ненадолго.
Мы пытаемся привлечь внимание чиновников к нашим проблемам всеми доступными способами. Мы понимаем, что не бывает «очень греков» и «немножко греков». Мы все одинаковые, и государство не может сказать понтийцам – стройте, что хотите, как хотите и сколько хотите, и не платите ничего, а другому, не понтийцу,  кто построился рядом, сказать – а ты заплатишь и налоги и штраф. Закон должен быть единый для всех. И мы возлагаем большие надежды на закон, находящийся в данный момент на рассмотрении в парламенте. Его принятие разрешит проблемы, связанные с легализацией жилья. Конечно, нерешенными останутся вопросы безработицы и социального обеспечения, но мы намерены отстаивать наши интересы до конца.
- Вы поддерживаете методы ваших коллег, как-то перекрытие Эфники?
- Знаете, 8 месяцев назад, когда мы перекрыли Эфники на целый день, мы собрали людей со всей Аттики - 4-5 тысяч человек. Мы известили всех заранее, организовали все как следует, и добились своего – дело сдвинулось с мертвой точки, был разработан законопроект, рассмотрения которого мы ожидаем с большим нетерпением. Последняя акция была организована из рук вон плохо – нам в Общество позвонили ребята из Аспропирго и сказали – завтра будем перекрывать дорогу. Но так не делается! Да, это один из способов громко сказать о себе и своей проблеме. Но это - крайняя мера. Сначала необходимо исчерпать возможности бесконфликтного решения проблемы - пойти к министру внутренних дел, сходить раз, два, десять, прежде чем устраивать шум и давать людям повод тебя ругать.
Я прекрасно представляю себе их эмоции – отработал целый день, направляешься домой, а кучка людей перекрыла дорогу. На улице жара, ты сидишь в машине злой, и, естественно, твои симпатии будут на стороне полиции, пытающейся очистить дорогу. Это невыгодно, прежде всего, для нас, для нашей репутации, - подытоживает наш разговор Вангелис Софианидис.
От себя добавлю только, что вопрос легализации жилья – вершина айсберга. Репатрианты имеют огромный ворох проблем, которые греческое правительство, по логике, должно решать – свои же граждане. Но пока выходит, что родина-мать для понтийцев - мачеха. И, как все не обласканные дети, закаленные жизненными невзгодами, сыны Понта с достоинством сносят удары судьбы. Увидите, отстоят и свои белокаменные дворцы, и кровные денежки. Греческое государство их просто недооценивает.


Жанна ДЕЛИБОЛТОЯН

КОЛ-ВО ПОКАЗОВ: 3020

ИСТОЧНИК: http://omonia.greek.ru





КОММЕНТАРИИ

Форум для отзывов 11 не существует.