Тадич - Россия - Евросоюз
27.04.2008 00:23
В российско-сербском энергетическом договоре есть пункт о его реализации до ратификации, однако и этот пункт был заблокирован группировкой ДП - Г17+ в правительстве Сербии. Ситуация приобретает скандальный характер. Российской стороне пришлось обратиться за разъяснениями: на днях российский министр по чрезвычайным ситуациям С.Шойгу был вынужден приехать в Белград, чтобы получить ответ на простой вопрос: «почему в ключевой переломный момент между двумя президентскими выборами заключать договор можно, а в менее значимый момент перед парламентскими выборами ратифицировать его нельзя?!». В результате «для успокоения Москвы» подписали некий дополнительный протокол, в котором сербская сторона гарантировала скорейшую ратификацию договора и… опять все то же: ни ратификации, ни реализации.
Российский посол в Сербии Александр Конузин 24 апреля констатировал, что «в правительстве Сербии существуют силы, не готовые в полной мере уважать достигнутые договоренности.., хотя на встрече президента Сербии Б.Тадича и премьера В.Коштуницы, соответственно, с российским президентом и вице-премьером В.Путиным и Д.Медведевым, 25 января, была достигнута договоренность о как можно скорейшем применении договора в жизнь… Российская сторона выполнила все необходимые внутренние процедуры для вступления договора в силу…».
Напомним: Россия договором о свободной торговле и энергетическим соглашением уже - без каких бы то ни было условий (!) - предоставила Белграду возможность максимально благоприятного режима экономического взаимодействия с Сербией. И Сербская радикальная партия предлагает сконцентрироваться на всестороннем сотрудничестве с Россией, обладающем неизмеримо большим потенциалом, нежели сотрудничество с ЕС.
В «зависшую» ситуацию с российско-сербским договором снова требуется вносить ясность. 25 апреля в Москву прилетел министр инфраструктуры Сербии Велимир Илич для совещания с министром индустрии и энергетики Виктором Христенко. В итоге Сербия должна получить привилегии при покупке российской нефти и газа по цене ниже рыночной на 20% (подобную привилегию имеет только Белоруссия), но договор об этом будет реализован после ратификации Сербией нефтегазового соглашения, подписанного 25 января 2007 г.
Тадич действует по формуле «подписываю одно - говорю другое - делаю третье». В отношениях с Россией он руководствуется исключительно мотивами политической агитации, в принятии решений не самостоятелен, полностью подчинен евро-атлантическим центрам принятия решений. Его упорная, выходящая за рамки приличия позиция по нефтегазовому соглашению свидетельствует о том, что его не интересует реакция России, ибо волею американского госдепа и усилиями политтехнологов из США, Англии, Израиля Тадич поставлен для реализации западных проектов. Его партия (ДП) все больше отличается агрессивной апологетикой «безальтернативной» евро-интеграции (по модели Соланы, Ахтисаари, Рена и Карлы дель Понте).
Тадичевский министр иностранных дел В. Еремич, выступая в Берлине как гость кружка «Юго-Восточная Европа» при Фонде Фридриха Эберта, связанного с Социал-демократической партией Германии, заявил, что «подписание договора о Стабилизации и присоединении станет ясным сигналом, что ЕС поддерживает демократию в Сербии». Однако пламенный призыв «сербских демократов» помочь им удержаться у власти опять натолкнулся на железобетонное «нет» авангарда ЕС – Голландии. Пресс-секретарь главы голландского МИД М.Ферхагена 24 апреля в полном согласии с принципом «утром – деньги, вечером – стулья» заявил, что «сначала – полное сотрудничество с Трибуналом [МТБЮ. – А.Ф.], потом – подписание договора о стабилизации и присоединении», а наиболее полным доказательством «полного сотрудничества» станет Р.Младич в самолете в Гаагу.
Тадич и вся демократическая компания, сдающая своих граждан в карательный орган расправы над сербским народом, каким является Международный трибунал по бывшей Югославии, покорно расстающаяся с частью своей территории, униженно соглашающаяся с наглыми требованиями брюссельских комиссаров и НАТО-оккупантов, делает действительно страшное дело – уничтожает сам тип сербской цивилизации.
«Фантастические перспективы» Сербию в ЕС не ждут. Это прежде всего не соответствует планам самого ЕС: его последняя инициатива подразумевает продолжение курса на изменение конфигурации Балкан - выделение двух зон: Центральной «прогрессивно-примерной» (Хорватия, Черногория, Албания и Македония) и Западной «проблемной» (Сербия, Босния и Герцеговина и Косово). Во-первых, от прежнего влияния и роли Югославии на международной арене не должно остаться и следа. Во-вторых, Балканы подлежат дальнейшей перекройке и фрагментации, в-третьих, условия вхождения и пребывания в ЕС будут весьма различными для Балканских стран, которые попадают в постоянную зависимость от интересов европейских патронов и вынуждены будут в режиме нон-стоп выполнять все условия последних.
Во внешней политике «евро-демократы» не считают нужным определять, на каких принципах будут строиться отношения Сербии с ЕС в условиях признания ряда его членов «независимого Косова» и отправки нелегитимной миссии Евросоюза в Космет. Во внутренней политике акцент на Соглашение о стабилизации и присоединении (ССП) является маскировкой социально-экономических проблем страны. Так, например, ССП содержит пункт, по которому компаниям ЕС будут предоставлены равные права с отечественными сербскими производителями, в том числе и право собственности на недвижимость. Албания и Хорватия, например, из своих договоров исключили равные права во владении сельхозугодями, лесами и т.д., поскольку на Балканах они гораздо дешевле и при отсутствии ограничений они, без сомнения, будут скуплены транснациональными монополиями.
Первым оппонентом Тадичу, твердящему о «европейской манне небесной», которая, якобы, свалится на Сербию, выступает сам Евросоюз. Во-первых, он в июле 2007 г. изменил принципы финансирования. Весь бюджет финансовой структуры по поддержке стран, собирающихся войти в ЕС (IPA) при Совете Европы с 2007 по 2013 гг. был сокращен с 14 миллиардов до 11 миллиардов 468 миллионов долларов. Во-вторых, распределяются средства отныне не по странам, а по секторам. В-третьих, инвестируются средства лишь по проектам и в сектора, выбранные брюссельской бюрократией. В-четвертых, получение Сербией доступа к «неисчерпаемым европейским фондам» надежно закрыто голландским требованием выдачи Р.Младича и Р.Караджича.
Вторым оппонентом Тадича является реальность. Так, не существует никакой общей для всех западных стран экономики «западного типа». Она сугубо иерархична (страны первого эшелона резко отличаются по уровню от остальных). Нет и «свободного европейского рынка», в действительности превратившегося в глобальный рынок ТНК, финансовые возможности которых превосходят многие государства.
Как показали примеры Польши, Венгрии, Словакии, Румынии, Болгарии и Хорватии, народ каждой страны Центральной и Восточной Европы в процессе сближения с ЕС получает резкое увеличение безработицы (в Польше она увеличилась на треть), огромный рост внешнего долга (внешняя задолженность Хорватии только за семь месяцев 2003 г. выросла более чем на 30% и составила $19.2 млрд. долларов - это почти три четверти ВВП страны) и волны миграции из страны образованного населения.
В Сербии людей трудоспособного возраста – около 3 300 000 человек, из них работающих – 2 600 000, безработных – 700 000. Пятая часть населения Сербии (21,9%) имеет неполное среднее образование, 24% - лишь восьмилетнее школьное обучение и лишь 6,5% получило диплом о высшем образовании. Следовательно, в ЕС сербов в будущем ожидает грязная неквалифицированная работа. Ситуация настолько серьезна, что несколько месяцев назад была сформирована группа экспертов (93 человека), крайне обеспокоенная положением дел в стране с образованием. Кроме того, полмиллиона образованных сербов покинули страну, и правительство не предпринимает никаких мер по их возвращению. Ректор Белградского университета, Б. Ковачевич подчеркивает, что Сербия неизбежно будет беднеть по мере сокращения в ней образованных людей.
Далее. Капиталовложения ЕС приходятся в основном на столицы, усугубляя диспропорции в развитии центра и провинций, а страна должна реализовать «европейские стандарты» во всех областях производства (содержащиеся на 667 000 страницах нормы и положения), на практике обеспечивающие доминирующее положение ТНК.
Для Сербии вступление в ЕС на нынешних условиях означает только одно - неоколониальное подчинение глобальной элите без перспектив на изменение своего положения.
Приватизация «по Тадичу», сопровождаемая открытием рынка и финансовой системы для западных капиталов, уже привела не к созданию национального богатства, а к уничтожению активов, расслоению и деформации общества, в результате чего Сербия обретает «обедненную социальную структуру» с узким слоем коррумпированной «демократической» элиты на задворках «глобального сообщества». Стратегия Тадича - любой ценой получить приток иностранных инвестиций в страну (нужно не много не мало до 6 млрд. долларов в год), чтобы удержать разрушенную экономику Сербии на «видимом плаву». Стряхнуть «европейский дурман» сербам не дает активно действующая «пятая колонна». Дезориентация и тотальная дезинформация народа, ритуальные и беспочвенные заклинания о светлом европейском завтра, полная зависимость от указаний Брюсселя – вот предвыборный багаж главы «демократического лагеря» Сербии во главе с Тадичем.
Анна Филимонова
Тадич - Россия - Евросоюз
Правительство Сербии на заседании 24 апреля вновь отклонило предложение коалиции Демократическая партия Сербии – Новая Сербия поставить многострадальный энергетический договор с Россией на ратификацию в Скупщину. Отклонили предложение все те же лица: министры из Демократической партии Тадича и Г17+ (под предлогом, что «техническое правительство и технический парламент не имеют на это права»). А ведь Тадич 25 января 2007 г., в перерыве между первым и вторым туром президентских выборов в Сербии, прилетел в Москву сам (хотя его присутствия там не требовалось), чтобы только продемонстрировать сербским избирателям, что он, Тадич, «с Западом, но не против России». Этот ход принес ему победу на выборах.В российско-сербском энергетическом договоре есть пункт о его реализации до ратификации, однако и этот пункт был заблокирован группировкой ДП - Г17+ в правительстве Сербии. Ситуация приобретает скандальный характер. Российской стороне пришлось обратиться за разъяснениями: на днях российский министр по чрезвычайным ситуациям С.Шойгу был вынужден приехать в Белград, чтобы получить ответ на простой вопрос: «почему в ключевой переломный момент между двумя президентскими выборами заключать договор можно, а в менее значимый момент перед парламентскими выборами ратифицировать его нельзя?!». В результате «для успокоения Москвы» подписали некий дополнительный протокол, в котором сербская сторона гарантировала скорейшую ратификацию договора и… опять все то же: ни ратификации, ни реализации.
Российский посол в Сербии Александр Конузин 24 апреля констатировал, что «в правительстве Сербии существуют силы, не готовые в полной мере уважать достигнутые договоренности.., хотя на встрече президента Сербии Б.Тадича и премьера В.Коштуницы, соответственно, с российским президентом и вице-премьером В.Путиным и Д.Медведевым, 25 января, была достигнута договоренность о как можно скорейшем применении договора в жизнь… Российская сторона выполнила все необходимые внутренние процедуры для вступления договора в силу…».
Напомним: Россия договором о свободной торговле и энергетическим соглашением уже - без каких бы то ни было условий (!) - предоставила Белграду возможность максимально благоприятного режима экономического взаимодействия с Сербией. И Сербская радикальная партия предлагает сконцентрироваться на всестороннем сотрудничестве с Россией, обладающем неизмеримо большим потенциалом, нежели сотрудничество с ЕС.
В «зависшую» ситуацию с российско-сербским договором снова требуется вносить ясность. 25 апреля в Москву прилетел министр инфраструктуры Сербии Велимир Илич для совещания с министром индустрии и энергетики Виктором Христенко. В итоге Сербия должна получить привилегии при покупке российской нефти и газа по цене ниже рыночной на 20% (подобную привилегию имеет только Белоруссия), но договор об этом будет реализован после ратификации Сербией нефтегазового соглашения, подписанного 25 января 2007 г.
Тадич действует по формуле «подписываю одно - говорю другое - делаю третье». В отношениях с Россией он руководствуется исключительно мотивами политической агитации, в принятии решений не самостоятелен, полностью подчинен евро-атлантическим центрам принятия решений. Его упорная, выходящая за рамки приличия позиция по нефтегазовому соглашению свидетельствует о том, что его не интересует реакция России, ибо волею американского госдепа и усилиями политтехнологов из США, Англии, Израиля Тадич поставлен для реализации западных проектов. Его партия (ДП) все больше отличается агрессивной апологетикой «безальтернативной» евро-интеграции (по модели Соланы, Ахтисаари, Рена и Карлы дель Понте).
Тадичевский министр иностранных дел В. Еремич, выступая в Берлине как гость кружка «Юго-Восточная Европа» при Фонде Фридриха Эберта, связанного с Социал-демократической партией Германии, заявил, что «подписание договора о Стабилизации и присоединении станет ясным сигналом, что ЕС поддерживает демократию в Сербии». Однако пламенный призыв «сербских демократов» помочь им удержаться у власти опять натолкнулся на железобетонное «нет» авангарда ЕС – Голландии. Пресс-секретарь главы голландского МИД М.Ферхагена 24 апреля в полном согласии с принципом «утром – деньги, вечером – стулья» заявил, что «сначала – полное сотрудничество с Трибуналом [МТБЮ. – А.Ф.], потом – подписание договора о стабилизации и присоединении», а наиболее полным доказательством «полного сотрудничества» станет Р.Младич в самолете в Гаагу.
Тадич и вся демократическая компания, сдающая своих граждан в карательный орган расправы над сербским народом, каким является Международный трибунал по бывшей Югославии, покорно расстающаяся с частью своей территории, униженно соглашающаяся с наглыми требованиями брюссельских комиссаров и НАТО-оккупантов, делает действительно страшное дело – уничтожает сам тип сербской цивилизации.
«Фантастические перспективы» Сербию в ЕС не ждут. Это прежде всего не соответствует планам самого ЕС: его последняя инициатива подразумевает продолжение курса на изменение конфигурации Балкан - выделение двух зон: Центральной «прогрессивно-примерной» (Хорватия, Черногория, Албания и Македония) и Западной «проблемной» (Сербия, Босния и Герцеговина и Косово). Во-первых, от прежнего влияния и роли Югославии на международной арене не должно остаться и следа. Во-вторых, Балканы подлежат дальнейшей перекройке и фрагментации, в-третьих, условия вхождения и пребывания в ЕС будут весьма различными для Балканских стран, которые попадают в постоянную зависимость от интересов европейских патронов и вынуждены будут в режиме нон-стоп выполнять все условия последних.
Во внешней политике «евро-демократы» не считают нужным определять, на каких принципах будут строиться отношения Сербии с ЕС в условиях признания ряда его членов «независимого Косова» и отправки нелегитимной миссии Евросоюза в Космет. Во внутренней политике акцент на Соглашение о стабилизации и присоединении (ССП) является маскировкой социально-экономических проблем страны. Так, например, ССП содержит пункт, по которому компаниям ЕС будут предоставлены равные права с отечественными сербскими производителями, в том числе и право собственности на недвижимость. Албания и Хорватия, например, из своих договоров исключили равные права во владении сельхозугодями, лесами и т.д., поскольку на Балканах они гораздо дешевле и при отсутствии ограничений они, без сомнения, будут скуплены транснациональными монополиями.
Первым оппонентом Тадичу, твердящему о «европейской манне небесной», которая, якобы, свалится на Сербию, выступает сам Евросоюз. Во-первых, он в июле 2007 г. изменил принципы финансирования. Весь бюджет финансовой структуры по поддержке стран, собирающихся войти в ЕС (IPA) при Совете Европы с 2007 по 2013 гг. был сокращен с 14 миллиардов до 11 миллиардов 468 миллионов долларов. Во-вторых, распределяются средства отныне не по странам, а по секторам. В-третьих, инвестируются средства лишь по проектам и в сектора, выбранные брюссельской бюрократией. В-четвертых, получение Сербией доступа к «неисчерпаемым европейским фондам» надежно закрыто голландским требованием выдачи Р.Младича и Р.Караджича.
Вторым оппонентом Тадича является реальность. Так, не существует никакой общей для всех западных стран экономики «западного типа». Она сугубо иерархична (страны первого эшелона резко отличаются по уровню от остальных). Нет и «свободного европейского рынка», в действительности превратившегося в глобальный рынок ТНК, финансовые возможности которых превосходят многие государства.
Как показали примеры Польши, Венгрии, Словакии, Румынии, Болгарии и Хорватии, народ каждой страны Центральной и Восточной Европы в процессе сближения с ЕС получает резкое увеличение безработицы (в Польше она увеличилась на треть), огромный рост внешнего долга (внешняя задолженность Хорватии только за семь месяцев 2003 г. выросла более чем на 30% и составила $19.2 млрд. долларов - это почти три четверти ВВП страны) и волны миграции из страны образованного населения.
В Сербии людей трудоспособного возраста – около 3 300 000 человек, из них работающих – 2 600 000, безработных – 700 000. Пятая часть населения Сербии (21,9%) имеет неполное среднее образование, 24% - лишь восьмилетнее школьное обучение и лишь 6,5% получило диплом о высшем образовании. Следовательно, в ЕС сербов в будущем ожидает грязная неквалифицированная работа. Ситуация настолько серьезна, что несколько месяцев назад была сформирована группа экспертов (93 человека), крайне обеспокоенная положением дел в стране с образованием. Кроме того, полмиллиона образованных сербов покинули страну, и правительство не предпринимает никаких мер по их возвращению. Ректор Белградского университета, Б. Ковачевич подчеркивает, что Сербия неизбежно будет беднеть по мере сокращения в ней образованных людей.
Далее. Капиталовложения ЕС приходятся в основном на столицы, усугубляя диспропорции в развитии центра и провинций, а страна должна реализовать «европейские стандарты» во всех областях производства (содержащиеся на 667 000 страницах нормы и положения), на практике обеспечивающие доминирующее положение ТНК.
Для Сербии вступление в ЕС на нынешних условиях означает только одно - неоколониальное подчинение глобальной элите без перспектив на изменение своего положения.
Приватизация «по Тадичу», сопровождаемая открытием рынка и финансовой системы для западных капиталов, уже привела не к созданию национального богатства, а к уничтожению активов, расслоению и деформации общества, в результате чего Сербия обретает «обедненную социальную структуру» с узким слоем коррумпированной «демократической» элиты на задворках «глобального сообщества». Стратегия Тадича - любой ценой получить приток иностранных инвестиций в страну (нужно не много не мало до 6 млрд. долларов в год), чтобы удержать разрушенную экономику Сербии на «видимом плаву». Стряхнуть «европейский дурман» сербам не дает активно действующая «пятая колонна». Дезориентация и тотальная дезинформация народа, ритуальные и беспочвенные заклинания о светлом европейском завтра, полная зависимость от указаний Брюсселя – вот предвыборный багаж главы «демократического лагеря» Сербии во главе с Тадичем.
Анна Филимонова
