Одна любовь на всех
24.06.2006 09:00
Танюша Папуниду родилась в Тбилиси. Родители ее были из Цалки. Но работа в Тбилиси на заводе «Пластмассов» позволила им получить прекрасную квартиру в районе Сабуртало...
Счастливое детство рухнуло в одно мгновенье, когда самолет разбился о скалы, унося за собой сотни жизней. В том числе и жизнь родителей Тани.
Началось «хождение по людям». Сначала девочку воспитывала сестра отца, затем сестра матери, потом бабушка. Наконец, пол-Цалки принимало участие в ее воспитании. Закончив школу, восемнадцатилетняя Татьяна Сергеевна Папуниду, окончательно поселилась в квартире, оставшейся от ее родителей. Она была благодарна всем тем людям, которые приняли участие в ее судьбе. Ее любили, ее жалели, но отсутствовало самое главное – родительское тепло.
В своей ранимой памяти девочка по крупицам собирала оставшиеся ощущения прикосновений отцовских рук, ласковых материнских губ. Она тихо страдала, не показывая никому, как ей больно и одиноко в этом мире. Уединившись в своей столичной квартире, она читала, читала и читала, стараясь из книг почерпнуть всю ту жизненную уверенность и мудрость, с которой не успели поделиться с ней родители.
Блестяще, с красным дипломом, закончив филологический факультет Педагогического института имени А.С. Пушкина, она стала преподавать русский язык и литературу в средней школе города Тбилиси.
Шли годы. Главным делом Татьяны Сергеевны были ее ученики. Она учила их любить русский язык, впитывать в себя мудрость великих русских писателей. Так уже получилось, что всю свою любовь она отдавала школе. О своей семье и не думала. Она боялась иметь своих детей. Боялась, что в какой-то момент их постигнет та же участь, что постигла ее. Страх оставить своих детей сиротами перекрыл ей путь к семейной жизни.
Но холодная осень 1982 года перевернула всю ее жизнь. Дождливым воскресным утром, когда Татьяна еще сладко спала, в дверь позвонили. Еле поднявшись с кровати, молодая женщина побрела к выходу. У двери, с извиняющимся видом, стояла соседка. Это была девица «легкого» поведения, которую недолюбливали жильцы всего дома. Татьяна Сергеевна с ней не общалась и была к ней равнодушна. На сплетни соседок строго отвечала: «У каждого человека своя жизнь. Его беда, если он растрачивает ее понапрасну».
- Извините, пожалуйста, – лепетала девушка, - Но не могли бы вы мне занять деньги! Мне очень нужно!
Глядя на строгое лицо Татьяны, девушка сложила в мольбе руки, и заплакала.
- Вы не думайте, я не для этого – и зачем-то указала на свою дверь, - я совсем для другого... я ... для своей больной девочки.
- А разве у вас есть дочь? – удивленно спросила Татьяна.
- Да... есть, но только об этом никто не знает. Поэтому я это... – и она снова указала рукой на свою дверь
- А девочка где? В больнице?
- Нет! Она... Это, ну... в детдоме. У меня нет никого на свете, кроме Аннушки. У нее ножки парализованы, а мне надо было как-нибудь зарабатывать на лекарство... Отца своего не знаю, а мама алкоголик. Может быть, видели пьяную женщину, которая иногда спит у нас в подъезде? Так это она, это... навещать меня приходит Она отказалась от меня, правда, иногда просит у меня денег на выпивку. Я от Аннушки отказываться не буду, но нужно заработать, чтобы привезти ее домой. Вот так, этим утром, Татьяна Сергеевна вместе с соседкой Ирой оказалась в детском доме.
Пятилетняя Аннушка утонула в объятиях своей матери. А Таня, потрясенная и испуганная, смотрела, как сопливые и мокрые детишки тянули к ней свои грязные ручонки. За решетками огромного деревянного манежа эти маленькие человечки казались такими жалкими и несчастными, что молодая женщина горько заплакала.
После своего первого посещения детского дома «Малютка», Татьяна стала ходить туда как на работу. Постепенно угрюмые и неулыбчивые нянечки стали привыкать к странной женщине. Поначалу они ворчали: «Ходят здесь всякие, поиграются с детьми, как с куклами, а потом исчезают. Бедные сиротки потом неделями кричат, маму зовут». Со временем они поняли, что эта учительница душой прикипела к брошеным детям, и стали разрешать ей ухаживать за малютками.
Уставшая, после работы в школе, Татьяна Сергеевна прибегала в «Малютку». Она купала, кормила, играла с детьми. Перед сном рассказывала малышам сказки. Домой уходила только тогда, когда детишки засыпали в своих кроватках. Несмотря на то, что Татьяна Сергеевна очень сильно уставала: падала в кровать как убитая – утром она была полна энергии. Ей казалось, что вся любовь ее погибшей матери вдруг, непонятным образом вернулась вновь к ней. Этой любви хватало на всех брошеных малюток и еще оставалось для нянечек, чтобы они стали более добрее и женственнее.
Татьяна Сергеевна любила всех детей одинаково, не выделяя никого. Но девочка Катя и мальчики Миша и Георгий – вызывали у Тани особую жалость. Мальчики были братьями. Дети, брошеные матерью – наркоманкой. Катюшу же нашли в дорожной сумке, оставленной кем-то на пороге детдома. Эти дети были очень истощены и серьезно больны. Им нужен был особый уход. Спасти их мог только домашний уют и материнская забота...
Вот так, спустя год, Татьяна Сергеевна Папуниду неожиданно стала матерью троих детей. Глядя в глаза этой женщины, можно было с уверенностью сказать, что счастливее ее нет человека на свете...
А потом наступил 1992 год. Советского Союза не стало.
Татьяна Сергеевна с детьми приехала в Грецию. Они обосновались недалеко от города Серрес, в городке Сидирокастро. Дети ее стали здоровыми, красивыми. Катюше сейчас четырнадцать, ее братьям-близнецам по 15 лет.
Дети в совершенстве владеют русским и греческим языками. Прекрасно говорят по-английски. Катя Папуниду хочет стать журналистом. Мальчики увлекаются электроникой. Когда есть возможность – все трое работают на полях, чтобы помочь матери.
Татьяна Сергеевна работает – занимается тяжелым физическим трудом. А также, получает денежное пособие от государства, как мать-одиночка. Она счастлива, потому что с ней рядом любящие и понимающие дети. Она уверена, что только настоящая материнская любовь спасет мир от варварства и пошлости.
«Это неправда, что плохих матерей не бывает! Научить ребенка любить, любя его безраздельно, доверять, доверяя ему безгранично, уважать, уважая его достойно. Вот главная философская мудрость матерей. И тогда из маленького человечка вырастет Настоящий человек».
Работая и изматываясь физически Татьяна Сергеевна не утратила свои удивительные филологические и педагогические знания: В своей небольшой квартире она стала устраивать литературные вечера для своей друзей и друзей своих детей. Вначале это были робкие попытки. Стойкая женщина рассказывала о жизни великих писателей, читала стихи и сказки. Люди приходили, в основном, чтобы не обидеть Таню. Им было не до литературы! Но постепенно эти вечера стали частью их жизни.
Втянулись и соседи – эллинцы. Уговорили Татьяну раз в неделю давать уроки русского языка и литературы. А потом собрали по пять евро каждый – плата за уроки. Таня наотрез отказалась брать деньги. «Я это делаю – потому, что без этого не могу жить – заявила она с обидой». «Мы тебе не платим за вечера – мы платим за уроки. Любой труд должен быть оплачен, только тогда его ценят, запомни это навсегда», - сказала в ответ ей старая эллинка.
Сейчас Татьяну Сергеевну узнают на улицах городка. Ее уважают, ею гордятся. Но больше всего гордятся своей матерью ее дети. И обещают, что никогда не придется ей краснеть за них.
В жизни Татьяны Папуниду не было место для настоящей мужской любви. Она не бегала на свиданья, не вздыхала при луне и не получала любовных записочек. Жалеет ли она об этом? Наверное нет, так как ее любви хватало только на детей. Она всегда говорила, смеясь: «Мужчины – они сильные. Они обойдутся без меня. А дети – они же беззащитны, им никак нельзя без меня. Я им нужна – я это знаю».
Кто-то из современных философов сказал, что человек живет для того, чтобы приготовить себя для жизни после своей физической смерти. И чем достойнее человек прожил свою земную жизнь, тем ближе к богу он окажется в своей второй жизни. Что же – поживем, увидим!
София Паниду
Одна любовь на всех
Ей было всего десять лет, когда она лишилась родителей. Авиакатастрофа – это единственное слово, которое связывало маленькую Таню с огромной потерей. Тогда, пятьдесят лет назад, в Советском Союзе не принято было распространяться по поводу подобных трагедий...Танюша Папуниду родилась в Тбилиси. Родители ее были из Цалки. Но работа в Тбилиси на заводе «Пластмассов» позволила им получить прекрасную квартиру в районе Сабуртало...
Счастливое детство рухнуло в одно мгновенье, когда самолет разбился о скалы, унося за собой сотни жизней. В том числе и жизнь родителей Тани.
Началось «хождение по людям». Сначала девочку воспитывала сестра отца, затем сестра матери, потом бабушка. Наконец, пол-Цалки принимало участие в ее воспитании. Закончив школу, восемнадцатилетняя Татьяна Сергеевна Папуниду, окончательно поселилась в квартире, оставшейся от ее родителей. Она была благодарна всем тем людям, которые приняли участие в ее судьбе. Ее любили, ее жалели, но отсутствовало самое главное – родительское тепло.
В своей ранимой памяти девочка по крупицам собирала оставшиеся ощущения прикосновений отцовских рук, ласковых материнских губ. Она тихо страдала, не показывая никому, как ей больно и одиноко в этом мире. Уединившись в своей столичной квартире, она читала, читала и читала, стараясь из книг почерпнуть всю ту жизненную уверенность и мудрость, с которой не успели поделиться с ней родители.
Блестяще, с красным дипломом, закончив филологический факультет Педагогического института имени А.С. Пушкина, она стала преподавать русский язык и литературу в средней школе города Тбилиси.
Шли годы. Главным делом Татьяны Сергеевны были ее ученики. Она учила их любить русский язык, впитывать в себя мудрость великих русских писателей. Так уже получилось, что всю свою любовь она отдавала школе. О своей семье и не думала. Она боялась иметь своих детей. Боялась, что в какой-то момент их постигнет та же участь, что постигла ее. Страх оставить своих детей сиротами перекрыл ей путь к семейной жизни.
Но холодная осень 1982 года перевернула всю ее жизнь. Дождливым воскресным утром, когда Татьяна еще сладко спала, в дверь позвонили. Еле поднявшись с кровати, молодая женщина побрела к выходу. У двери, с извиняющимся видом, стояла соседка. Это была девица «легкого» поведения, которую недолюбливали жильцы всего дома. Татьяна Сергеевна с ней не общалась и была к ней равнодушна. На сплетни соседок строго отвечала: «У каждого человека своя жизнь. Его беда, если он растрачивает ее понапрасну».
- Извините, пожалуйста, – лепетала девушка, - Но не могли бы вы мне занять деньги! Мне очень нужно!
Глядя на строгое лицо Татьяны, девушка сложила в мольбе руки, и заплакала.
- Вы не думайте, я не для этого – и зачем-то указала на свою дверь, - я совсем для другого... я ... для своей больной девочки.
- А разве у вас есть дочь? – удивленно спросила Татьяна.
- Да... есть, но только об этом никто не знает. Поэтому я это... – и она снова указала рукой на свою дверь
- А девочка где? В больнице?
- Нет! Она... Это, ну... в детдоме. У меня нет никого на свете, кроме Аннушки. У нее ножки парализованы, а мне надо было как-нибудь зарабатывать на лекарство... Отца своего не знаю, а мама алкоголик. Может быть, видели пьяную женщину, которая иногда спит у нас в подъезде? Так это она, это... навещать меня приходит Она отказалась от меня, правда, иногда просит у меня денег на выпивку. Я от Аннушки отказываться не буду, но нужно заработать, чтобы привезти ее домой. Вот так, этим утром, Татьяна Сергеевна вместе с соседкой Ирой оказалась в детском доме.
Пятилетняя Аннушка утонула в объятиях своей матери. А Таня, потрясенная и испуганная, смотрела, как сопливые и мокрые детишки тянули к ней свои грязные ручонки. За решетками огромного деревянного манежа эти маленькие человечки казались такими жалкими и несчастными, что молодая женщина горько заплакала.
После своего первого посещения детского дома «Малютка», Татьяна стала ходить туда как на работу. Постепенно угрюмые и неулыбчивые нянечки стали привыкать к странной женщине. Поначалу они ворчали: «Ходят здесь всякие, поиграются с детьми, как с куклами, а потом исчезают. Бедные сиротки потом неделями кричат, маму зовут». Со временем они поняли, что эта учительница душой прикипела к брошеным детям, и стали разрешать ей ухаживать за малютками.
Уставшая, после работы в школе, Татьяна Сергеевна прибегала в «Малютку». Она купала, кормила, играла с детьми. Перед сном рассказывала малышам сказки. Домой уходила только тогда, когда детишки засыпали в своих кроватках. Несмотря на то, что Татьяна Сергеевна очень сильно уставала: падала в кровать как убитая – утром она была полна энергии. Ей казалось, что вся любовь ее погибшей матери вдруг, непонятным образом вернулась вновь к ней. Этой любви хватало на всех брошеных малюток и еще оставалось для нянечек, чтобы они стали более добрее и женственнее.
Татьяна Сергеевна любила всех детей одинаково, не выделяя никого. Но девочка Катя и мальчики Миша и Георгий – вызывали у Тани особую жалость. Мальчики были братьями. Дети, брошеные матерью – наркоманкой. Катюшу же нашли в дорожной сумке, оставленной кем-то на пороге детдома. Эти дети были очень истощены и серьезно больны. Им нужен был особый уход. Спасти их мог только домашний уют и материнская забота...
Вот так, спустя год, Татьяна Сергеевна Папуниду неожиданно стала матерью троих детей. Глядя в глаза этой женщины, можно было с уверенностью сказать, что счастливее ее нет человека на свете...
А потом наступил 1992 год. Советского Союза не стало.
Татьяна Сергеевна с детьми приехала в Грецию. Они обосновались недалеко от города Серрес, в городке Сидирокастро. Дети ее стали здоровыми, красивыми. Катюше сейчас четырнадцать, ее братьям-близнецам по 15 лет.
Дети в совершенстве владеют русским и греческим языками. Прекрасно говорят по-английски. Катя Папуниду хочет стать журналистом. Мальчики увлекаются электроникой. Когда есть возможность – все трое работают на полях, чтобы помочь матери.
Татьяна Сергеевна работает – занимается тяжелым физическим трудом. А также, получает денежное пособие от государства, как мать-одиночка. Она счастлива, потому что с ней рядом любящие и понимающие дети. Она уверена, что только настоящая материнская любовь спасет мир от варварства и пошлости.
«Это неправда, что плохих матерей не бывает! Научить ребенка любить, любя его безраздельно, доверять, доверяя ему безгранично, уважать, уважая его достойно. Вот главная философская мудрость матерей. И тогда из маленького человечка вырастет Настоящий человек».
Работая и изматываясь физически Татьяна Сергеевна не утратила свои удивительные филологические и педагогические знания: В своей небольшой квартире она стала устраивать литературные вечера для своей друзей и друзей своих детей. Вначале это были робкие попытки. Стойкая женщина рассказывала о жизни великих писателей, читала стихи и сказки. Люди приходили, в основном, чтобы не обидеть Таню. Им было не до литературы! Но постепенно эти вечера стали частью их жизни.
Втянулись и соседи – эллинцы. Уговорили Татьяну раз в неделю давать уроки русского языка и литературы. А потом собрали по пять евро каждый – плата за уроки. Таня наотрез отказалась брать деньги. «Я это делаю – потому, что без этого не могу жить – заявила она с обидой». «Мы тебе не платим за вечера – мы платим за уроки. Любой труд должен быть оплачен, только тогда его ценят, запомни это навсегда», - сказала в ответ ей старая эллинка.
Сейчас Татьяну Сергеевну узнают на улицах городка. Ее уважают, ею гордятся. Но больше всего гордятся своей матерью ее дети. И обещают, что никогда не придется ей краснеть за них.
В жизни Татьяны Папуниду не было место для настоящей мужской любви. Она не бегала на свиданья, не вздыхала при луне и не получала любовных записочек. Жалеет ли она об этом? Наверное нет, так как ее любви хватало только на детей. Она всегда говорила, смеясь: «Мужчины – они сильные. Они обойдутся без меня. А дети – они же беззащитны, им никак нельзя без меня. Я им нужна – я это знаю».
Кто-то из современных философов сказал, что человек живет для того, чтобы приготовить себя для жизни после своей физической смерти. И чем достойнее человек прожил свою земную жизнь, тем ближе к богу он окажется в своей второй жизни. Что же – поживем, увидим!
София Паниду
КОММЕНТАРИИ
Форум для отзывов 11 не существует.
