Отречение
18.12.2005 22:30
Для народа, о котором пишем, жизнь давно перестала быть сказочной. Гонения, уничтожение, отречение, пожалуй, эти слова лучше характеризуют судьбу понтийцев.
Их резали турки, сажали в лагеря в Советском Союзе, смотрели косо на родной греческой земле, сильная власть в угоду своим интересам отказалась отстоять их право получить извинения. Как мы писали в прошлом номере газеты, греческие власти, правительство во главе с премьер-министром Караманлисом, не поставили перед Турцией вопрос о признание геноцида понтийского народа.
Сегодня мы продолжаем обсуждать эту тему.
Запах кофе ароматный… Утром всегда бодрит слегка терпкий вкус этого напитка. Пожалуй, больше греков кофе не любит никто.
Собравшись утром за столом, выпив кофе, женщина всегда посмотрит в чашку. Изучит все знаки по разводам кофейных крупинок. Нельзя было утром не посмотреть на то, что готовит тебе судьба. Понятное дело: от нее не убежишь, но предотвратить частично можно. Ведь живя на земле, когда вокруг враждебный тебе народ и не быть осторожным – глупое бахвальство. Видит женщина, что не будет ничего хорошего из сегодняшних денежных сделок – вот и отложи договор с турком на завтра.
Живя в маленьком доме на родной понтийской земле греческая семья прятала армянскую. Все уже чувствовали, что за истреблением армян, начнется уничтожение греков.
Утром молодая женщина, заглянув в стакан, вздрогнула. Крупинки показывали, что турки узнали, что они прячут армян и придут их убивать.
Нехитрый скарб был собран мгновенно. Четверо: муж, жена и двое мальчиков - двухлетний и грудной шестимесячный младенец приготовились к побегу. Сказали об этом и армянам, но они не успели: их турки убили в подвале.
Самыми близкими местами спасения от Трапезунда были Сухуми и Батуми, но дойти туда не так-то и просто: пройти надо лес и реку. Среди деревьев пряталось много армянских и понтийских семей.
Шли и шли, остановок старались не делать, по следу дикими волками бежали турки. Силы на исходе, маленькие остановки, краткий болезненный сон, который нередко прерывали крики людей. Это означало одно – какую-то семью настигли турки, рука их не дрожала, когда резали младенцев и немощных стариков. Бежать приходилось быстрее.
Очередной ночлег был невыносим. Взрослые вообще ничего не ели: отдавали траву и ягоды двухлетнему малышу. Сынишке родители говорили: «Засунь свой пальчик в рот и представляй, что это - хлеб. Главное – иди тихо». Младенец же все время кричал, еды для него не было, так как от страданий у матери пропало молоко. Крик крохи выдавал в тихой ночи семью.
Силы покидали. Почти без чувств они упали на землю. Малыш начал плакать. Тут неподалеку раздались страшные крики – еще одну христианскую семью убили. Женщина вздрогнула и дала младшему сыну в рот грудь. Молока не было, и малыш начал вновь кричать. Тогда она глубже в ротик засунула свою грудь. Закрыв глаза, стала молиться, просить Бога забрать мальчика. «Господи, возьми моего малыша, мы придем на свою землю, и я нарожаю еще. Дай нам выжить», - шепча это, женщина уснула. Разбудил семью очередной крик убиваемых турками. У груди ее лежал задохнувшийся младенец. Похоронить они его толком не успели: закрыли камнями, ветками и листьями, чтобы волки не сожрали. И снова бежать... Впереди река – бурлящая, сложная для перехода. Она взяла сына на руки, а муж шел спиной, наступая ей на ноги, чтобы течение не унесло мать и сына. Так они и выжили. За турецким геноцидом последовал сталинский, но это уже тема другая.
История эта реальная, рассказанная нам внуком той самой женщины, под грудью которой погиб младенец. Бабушка дожила до 103 лет, внуки и внучки, ныне проживающие в Греции, не осуждают – смерть младенца дала выжить целому роду.
Понтийцы выжили, несмотря на все муки. Жаль, что подобные истории вряд ли знают в греческом правительстве…
Из истории
После распада Византийской империи на севере Малой Азии на Понте сохранился эллинизм: культура, быт, религия. Когда в 1461 году турки-османы взяли Трапезунд, столицу Понта, это был первый удар по грекам-понтийцам.
В пределах Османской империи понтийские греки стали наиболее изолированной частью эллинизма, поскольку проживали на скудной земле, не привлекавшей особенного внимания высшего руководства империи.
Несмотря на все это, понтийским грекам удалось сохранить свой язык и свою веру, занять главенствующее место в хозяйстве городских центров данной области и даже приумножить свою численность, что позволило им расселиться и по областям Кавказа и Крыма.
Понтийцы концентрировались в начале XX века в областях Синопа, Амазеи, Трапезунда, Самсуна, Лазики, Аргируполиса, Севастии, Токаты и Никополя, поглощенных Османской империей. Они насчитывали, согласно переписям Вселенской Патриархии и османских властей, примерно 600 000 человек. При этом в южной России и на Кавказе в то время жило приблизительно 150 000 понтийских греков, перебравшихся туда после захвата Трапезунда османами в 1461 году.
Мало кто предполагал, какие испытания ждут понтийский народ.
В июле 1914 года Турция вступила в Первую мировую войну на стороне Германии и объявила всеобщую мобилизацию. Ей подверглись также и греки, но не для того, чтобы пополнить собой турецкие вооруженные силы.
Турки считали понтийцев «неблагонадежным» населением, особенно после развала русско-турецкого фронта. Начинается выселение греческого христианского населения Восточной Анатолии вглубь страны. Все пригодные к службе мужчины в возрасте 20–45 лет отправлялись в рабочие батальоны. Тех, кто не подлежал призыву, вскоре также постигла эта участь.
1915 год стал трагической вехой в истории понтийцев. В тот год, когда все европейские государства оказались втянутыми в Первую Мировую войну, турки разработали план уничтожения христианского населения Малой Азии. В июне произошло изгнание и последовавшее за ним истребление армян. Тогда же начались и первые насильственные действия против греческого населения.
В декабре 1916 г. турецкими генералами Эмвером и Талаатом был разработан план уничтожения мирного греческого населения Понта, который предполагал «физическое уничтожение мужчин от 16-ти до 60-ти лет в городах и полное изгнание мужчин и женщин с детьми из деревень во внутренние области Анатолии с применением физического уничтожения».
Это план был приведен в исполнение на две недели позже, в основном в областях Самсуна и Пафры. Окрестности Трапезунда избежали бесчинства турок только благодаря тому, что он был уже захвачен русскими войсками.
19 мая 1919 года Мустафа Кемаль Ататюрк высадился в Самсуне, чтобы принять командование над двумя армейскими корпусами в Анатолии. С этого дня турецкий геноцид понтийских греков, который начался уже несколько лет назад, достигает своего апогея. Понтийцы стали жертвами кемалистского плана — очистить Малую Азию от национальных меньшинств. Союзница Турции — Германия, имевшая собственные экономические интересы в Энгисе и на среднем Востоке, не противилась уничтожению христианского населения и даже содействовала распространению геноцида.
Под руководством немецкого полковника Лимана фон Сантера Турция начала мобилизацию христиан в рабочие отряды, которые, в действительности, стали лагерями смерти. По свидетельству немецкого консула Амиса Кухова, в 1916 году практически все население Синопа и прибрежных территорий было выдворено. Занятие русскими войсками Трапезунда и появление партизанских отрядов послужило младотуркам лишним поводом к истреблению всего греческого. Все население, от мала до велика, было вынуждено перебираться с место на место, жить впроголодь и гибнуть. К февралю 1917 года погибло более четверти перемещенного населения, остальные же были доведены до крайнего обнищания.
В октябре 1922 года при посредничестве союзнических сил греческое правительство и Кемаль договорились перевезти выживших понтийских греков на турецких кораблях в Константинополь и оттуда на греческих судах в Грецию.
В общей сложности более 350 тысяч понтийских греков в городах и деревнях, в ущельях и в горах, в тюрьмах и ссылках приняли смерть от рук турок. Примерно 400 000 беженцев направились в Грецию, в то время как число нашедших прибежище на российском пространстве оценивается в 135 000.
Но страдания греков на этом не закончились. После бесконечных скитаний из Турции в Грузию, после ссылки "отцом народов" Сталиным в Казахстан, греки, которые, по существу, всегда были бесправными, почти «второсортными», получили возможность вернуться на историческую родину.
Даже Солженицын в "Круге первом" пишет, недоумевая, что непонятно, чем провинился этот народ перед Сталиным, чтобы так жестоко обойтись с ним и сослать в дальние казахские степи.
Об этом втором геноциде мы еще обязательно напишем.
Мария Феодориди
Филолог, автор нескольких учебников по греческому языку для русскоязычных
Родилась в Казахстане, закончила педагогический институт, преподавала в Пятигорске.
С 1996 года в Греции живет постоянно. В 2002–2003 году преподавала в Янино в университете русский язык. 10 лет русскоязычных жителей Греции учит греческому.
Память. Без прошлого ни у одного народа нет будущего. Нельзя вычеркивать из памяти могилы предков, их язык, танцы и песни. Сердце чаще начинает биться у каждого понтийца, когда он слышит родную музыку. Мы, я говорю о себе, своих близких, моих ровесниках, помним рассказы наших бабушек и дедушек о жизни на понтийской земле. Мы тот народ, который пытались уничтожить, но мы выжили. Понтийцы не вымрут, они передают от отца к сыну свой уклад жизни.
Стоит вспомнить и Казандакиса, его книгу «Кавказ», которая дает нам возможность помнить.
Когда я узнала, что власти не требуют извинений от турецкой стороны, я удивилась. Как такое можно допустить? Все возвращается на круги своя, и, приняв подобное очень странное решение, как завтра они смогут смотреть в глаза своему народу – понтийцам.
Владимир Комнино-Варваци
Президент Фонда Комнино-Варваци
Общественный деятель, потомок Византийских императоров.
Режиссер, оператор, журналист, организатор средств массовой информации.
Работал в Новочеркасске, Воркуте, Красноярске, Норильске, Калининграде, Ростов-на-Дону. На радио и телевидении с 1958 года.
Возглавлял телерадиокомпанию «Тихий Дон».
Я считаю, что правительство Греции однозначно солидарно со своим народом. Дело в том, что нужно понимать: дипломатия на то и дипломатия, чтобы промолчать там, где казалось бы надо кричать.
Я уверен, что пока не тот час. Всему свое время, и Греция еще предъявит требования о признании геноцида.
Материал подготовила
Катерина Арабаджи
Отречение
Сказки мои любимые давно не читают мне на ночь. Да и верить в них перестала. Реальность оказывается на 100 шагов вниз от сказки. В детстве никто не рассказал, что сказочная Златовласка, нашедшая счастье, – это вовсе не я. И таких, как я, много, и все мы расстаемся с иллюзиями: кто поумнее - еще в младые годы, а кто не очень - живет с ними довольно длительный период.Для народа, о котором пишем, жизнь давно перестала быть сказочной. Гонения, уничтожение, отречение, пожалуй, эти слова лучше характеризуют судьбу понтийцев.
Их резали турки, сажали в лагеря в Советском Союзе, смотрели косо на родной греческой земле, сильная власть в угоду своим интересам отказалась отстоять их право получить извинения. Как мы писали в прошлом номере газеты, греческие власти, правительство во главе с премьер-министром Караманлисом, не поставили перед Турцией вопрос о признание геноцида понтийского народа.
Сегодня мы продолжаем обсуждать эту тему.
Запах кофе ароматный… Утром всегда бодрит слегка терпкий вкус этого напитка. Пожалуй, больше греков кофе не любит никто.
Собравшись утром за столом, выпив кофе, женщина всегда посмотрит в чашку. Изучит все знаки по разводам кофейных крупинок. Нельзя было утром не посмотреть на то, что готовит тебе судьба. Понятное дело: от нее не убежишь, но предотвратить частично можно. Ведь живя на земле, когда вокруг враждебный тебе народ и не быть осторожным – глупое бахвальство. Видит женщина, что не будет ничего хорошего из сегодняшних денежных сделок – вот и отложи договор с турком на завтра.
Живя в маленьком доме на родной понтийской земле греческая семья прятала армянскую. Все уже чувствовали, что за истреблением армян, начнется уничтожение греков.
Утром молодая женщина, заглянув в стакан, вздрогнула. Крупинки показывали, что турки узнали, что они прячут армян и придут их убивать.
Нехитрый скарб был собран мгновенно. Четверо: муж, жена и двое мальчиков - двухлетний и грудной шестимесячный младенец приготовились к побегу. Сказали об этом и армянам, но они не успели: их турки убили в подвале.
Самыми близкими местами спасения от Трапезунда были Сухуми и Батуми, но дойти туда не так-то и просто: пройти надо лес и реку. Среди деревьев пряталось много армянских и понтийских семей.
Шли и шли, остановок старались не делать, по следу дикими волками бежали турки. Силы на исходе, маленькие остановки, краткий болезненный сон, который нередко прерывали крики людей. Это означало одно – какую-то семью настигли турки, рука их не дрожала, когда резали младенцев и немощных стариков. Бежать приходилось быстрее.
Очередной ночлег был невыносим. Взрослые вообще ничего не ели: отдавали траву и ягоды двухлетнему малышу. Сынишке родители говорили: «Засунь свой пальчик в рот и представляй, что это - хлеб. Главное – иди тихо». Младенец же все время кричал, еды для него не было, так как от страданий у матери пропало молоко. Крик крохи выдавал в тихой ночи семью.
Силы покидали. Почти без чувств они упали на землю. Малыш начал плакать. Тут неподалеку раздались страшные крики – еще одну христианскую семью убили. Женщина вздрогнула и дала младшему сыну в рот грудь. Молока не было, и малыш начал вновь кричать. Тогда она глубже в ротик засунула свою грудь. Закрыв глаза, стала молиться, просить Бога забрать мальчика. «Господи, возьми моего малыша, мы придем на свою землю, и я нарожаю еще. Дай нам выжить», - шепча это, женщина уснула. Разбудил семью очередной крик убиваемых турками. У груди ее лежал задохнувшийся младенец. Похоронить они его толком не успели: закрыли камнями, ветками и листьями, чтобы волки не сожрали. И снова бежать... Впереди река – бурлящая, сложная для перехода. Она взяла сына на руки, а муж шел спиной, наступая ей на ноги, чтобы течение не унесло мать и сына. Так они и выжили. За турецким геноцидом последовал сталинский, но это уже тема другая.
История эта реальная, рассказанная нам внуком той самой женщины, под грудью которой погиб младенец. Бабушка дожила до 103 лет, внуки и внучки, ныне проживающие в Греции, не осуждают – смерть младенца дала выжить целому роду.
Понтийцы выжили, несмотря на все муки. Жаль, что подобные истории вряд ли знают в греческом правительстве…
Из истории
После распада Византийской империи на севере Малой Азии на Понте сохранился эллинизм: культура, быт, религия. Когда в 1461 году турки-османы взяли Трапезунд, столицу Понта, это был первый удар по грекам-понтийцам.
В пределах Османской империи понтийские греки стали наиболее изолированной частью эллинизма, поскольку проживали на скудной земле, не привлекавшей особенного внимания высшего руководства империи.
Несмотря на все это, понтийским грекам удалось сохранить свой язык и свою веру, занять главенствующее место в хозяйстве городских центров данной области и даже приумножить свою численность, что позволило им расселиться и по областям Кавказа и Крыма.
Понтийцы концентрировались в начале XX века в областях Синопа, Амазеи, Трапезунда, Самсуна, Лазики, Аргируполиса, Севастии, Токаты и Никополя, поглощенных Османской империей. Они насчитывали, согласно переписям Вселенской Патриархии и османских властей, примерно 600 000 человек. При этом в южной России и на Кавказе в то время жило приблизительно 150 000 понтийских греков, перебравшихся туда после захвата Трапезунда османами в 1461 году.
Мало кто предполагал, какие испытания ждут понтийский народ.
В июле 1914 года Турция вступила в Первую мировую войну на стороне Германии и объявила всеобщую мобилизацию. Ей подверглись также и греки, но не для того, чтобы пополнить собой турецкие вооруженные силы.
Турки считали понтийцев «неблагонадежным» населением, особенно после развала русско-турецкого фронта. Начинается выселение греческого христианского населения Восточной Анатолии вглубь страны. Все пригодные к службе мужчины в возрасте 20–45 лет отправлялись в рабочие батальоны. Тех, кто не подлежал призыву, вскоре также постигла эта участь.
1915 год стал трагической вехой в истории понтийцев. В тот год, когда все европейские государства оказались втянутыми в Первую Мировую войну, турки разработали план уничтожения христианского населения Малой Азии. В июне произошло изгнание и последовавшее за ним истребление армян. Тогда же начались и первые насильственные действия против греческого населения.
В декабре 1916 г. турецкими генералами Эмвером и Талаатом был разработан план уничтожения мирного греческого населения Понта, который предполагал «физическое уничтожение мужчин от 16-ти до 60-ти лет в городах и полное изгнание мужчин и женщин с детьми из деревень во внутренние области Анатолии с применением физического уничтожения».
Это план был приведен в исполнение на две недели позже, в основном в областях Самсуна и Пафры. Окрестности Трапезунда избежали бесчинства турок только благодаря тому, что он был уже захвачен русскими войсками.
19 мая 1919 года Мустафа Кемаль Ататюрк высадился в Самсуне, чтобы принять командование над двумя армейскими корпусами в Анатолии. С этого дня турецкий геноцид понтийских греков, который начался уже несколько лет назад, достигает своего апогея. Понтийцы стали жертвами кемалистского плана — очистить Малую Азию от национальных меньшинств. Союзница Турции — Германия, имевшая собственные экономические интересы в Энгисе и на среднем Востоке, не противилась уничтожению христианского населения и даже содействовала распространению геноцида.
Под руководством немецкого полковника Лимана фон Сантера Турция начала мобилизацию христиан в рабочие отряды, которые, в действительности, стали лагерями смерти. По свидетельству немецкого консула Амиса Кухова, в 1916 году практически все население Синопа и прибрежных территорий было выдворено. Занятие русскими войсками Трапезунда и появление партизанских отрядов послужило младотуркам лишним поводом к истреблению всего греческого. Все население, от мала до велика, было вынуждено перебираться с место на место, жить впроголодь и гибнуть. К февралю 1917 года погибло более четверти перемещенного населения, остальные же были доведены до крайнего обнищания.
В октябре 1922 года при посредничестве союзнических сил греческое правительство и Кемаль договорились перевезти выживших понтийских греков на турецких кораблях в Константинополь и оттуда на греческих судах в Грецию.
В общей сложности более 350 тысяч понтийских греков в городах и деревнях, в ущельях и в горах, в тюрьмах и ссылках приняли смерть от рук турок. Примерно 400 000 беженцев направились в Грецию, в то время как число нашедших прибежище на российском пространстве оценивается в 135 000.
Но страдания греков на этом не закончились. После бесконечных скитаний из Турции в Грузию, после ссылки "отцом народов" Сталиным в Казахстан, греки, которые, по существу, всегда были бесправными, почти «второсортными», получили возможность вернуться на историческую родину.
Даже Солженицын в "Круге первом" пишет, недоумевая, что непонятно, чем провинился этот народ перед Сталиным, чтобы так жестоко обойтись с ним и сослать в дальние казахские степи.
Об этом втором геноциде мы еще обязательно напишем.
Мария Феодориди
Филолог, автор нескольких учебников по греческому языку для русскоязычных
Родилась в Казахстане, закончила педагогический институт, преподавала в Пятигорске.
С 1996 года в Греции живет постоянно. В 2002–2003 году преподавала в Янино в университете русский язык. 10 лет русскоязычных жителей Греции учит греческому.
Память. Без прошлого ни у одного народа нет будущего. Нельзя вычеркивать из памяти могилы предков, их язык, танцы и песни. Сердце чаще начинает биться у каждого понтийца, когда он слышит родную музыку. Мы, я говорю о себе, своих близких, моих ровесниках, помним рассказы наших бабушек и дедушек о жизни на понтийской земле. Мы тот народ, который пытались уничтожить, но мы выжили. Понтийцы не вымрут, они передают от отца к сыну свой уклад жизни.
Стоит вспомнить и Казандакиса, его книгу «Кавказ», которая дает нам возможность помнить.
Когда я узнала, что власти не требуют извинений от турецкой стороны, я удивилась. Как такое можно допустить? Все возвращается на круги своя, и, приняв подобное очень странное решение, как завтра они смогут смотреть в глаза своему народу – понтийцам.
Владимир Комнино-Варваци
Президент Фонда Комнино-Варваци
Общественный деятель, потомок Византийских императоров.
Режиссер, оператор, журналист, организатор средств массовой информации.
Работал в Новочеркасске, Воркуте, Красноярске, Норильске, Калининграде, Ростов-на-Дону. На радио и телевидении с 1958 года.
Возглавлял телерадиокомпанию «Тихий Дон».
Я считаю, что правительство Греции однозначно солидарно со своим народом. Дело в том, что нужно понимать: дипломатия на то и дипломатия, чтобы промолчать там, где казалось бы надо кричать.
Я уверен, что пока не тот час. Всему свое время, и Греция еще предъявит требования о признании геноцида.
Материал подготовила
Катерина Арабаджи
КОММЕНТАРИИ
Форум для отзывов 11 не существует.
