Елена Троянская, прописка одесская

13.02.2004 00:00

Елена Троянская, прописка одесская

В Берлине показали первую часть "Трилогии" Тео Ангелопулоса
Фестивальные директора готовы оторвать с руками каждый следующий фильм Тео Ангелопулоса, самого маститого из живущих греческих режиссеров, благо снимает он редко. Публика смотреть Ангелопулоса опасается, авторитетные западные издания открыто называют его «чемпионом скуки». Однако новая работа мастера показала зрителям Берлинале-54 настоящий класс режиссуры. Так что банальный вариант с очередным награждением Ангелопулоса выглядит сегодня вполне реальным.

У многих киноманов одно имя Тео Ангелопулоса вызывает непроизвольный зевок. Последние два его «шедевра» (правомерно ли тут ставить кавычки, Бог знает), «Взгляд Улисса» и «Вечность и один день», были награждены в Каннах высшими призами – Гран-при и «Золотой пальмовой ветвью», - несмотря на возмущение так называемой прогрессивной общественности. Количество трофеев, собранных задумчивым греком за последние тридцать лет, внушительно и не поддается перечислению. Однако сегодня, смотря на новое и, по всей видимости, итоговое его произведение, вдруг понимаешь, что свои призы он заслужил. Может, дело в том, что российская публика никогда не имела возможности смотреть Ангелопулоса на широком экране? Или в том, что все классики поумирали или сошли со сцены, а он мужественно продолжает гнуть свою старомодную линию? Или в том, что кому-то все же необходимо подвести в кино итоги ХХ века (Бертолуччи сделал это рановато), а кроме Ангелопулоса некому? Во всяком случае, на первом сеансе в Берлине зал был переполнен, и, за незначительным исключением, все досидели до конца. Хотя закончился фильм ближе к часу ночи.

«Плачущий луг» - так, весьма приблизительно, можно перевести название первой части эпохального проекта «Трилогия», задуманного Ангелопулосом и посвященного новейшей истории Греции. Читай, Европы, читай, всего мира. Кто-кто, а Ангелопулос твердо знает, откуда есть пошла современная цивилизация. Потому неустанно снимает мифологическое кино: к примеру, «Трилогия», по его утверждению, вызвана ассоциациями с легендой об Эдипе и фиванским циклом. Главную героиню «Трилогии» зовут Элени – то есть Елена. Имя неслучайное, эпическое. Родом она из Одессы. Собственно, начинается история в 1919 году исходом одесских греков на историческую родину, где они строят деревню, назвав ее Новой Одессой. Там разворачивается трагическая история любви. Элени влюбляется в сына своего спасителя, пожилого руководителя общины, молодые люди бегут в Салоники, растят рожденных втайне близнецов, пока семью не разлучают события 1930--1940-х: война, застенок, расставание, изгнание, эмиграция и разрушение той хрупкой идиллии, которую молодые герои пытались создать на морском берегу под звуки аккордеона.

Так ли важен сюжет? Пожалуй, нет. Прав желчный Питер Гринуэй, критикующий режиссеров-иллюстраторов. Но Ангелопулос предлагает достойную альтернативу постмодернистскому эпосу Гринуэя о Тульсе Люпере (тоже летописи ХХ столетия). Сводя диалоги к символическому минимуму, грек наполняет экранное пространство картинами, которые даже красивыми не назовешь, но эффектными – наверняка. Точнее, эффективными. Видя ряд черных весельных лодок, медленно и тихо скользящих по направлению к зрителю на протяжении примерно десяти минут, впадаешь в подобие транса: эти необъясненные и не нуждающиеся в трактовке образы пленяют мгновенно, с первых кадров, и не отпускают до конца. Слова сразу теряют смысл – недаром в начале за кадром, будто по досадной ошибке, читаются вслух ремарки из сценария. Место реплик занимает музыка. Мелодичное балканское шаманство приближает «Трилогию» к стилистике Кустурицы – только куда менее хулиганской, более академичной и внушительно-глубокой.

Один мой малообразованный одноклассник когда-то утверждал, что Бергман вторичен по отношению к Тарковскому: «У Тарковского везде вода, и у Бергмана – то же самое». Оставив это высказывание на его совести, признаем: режиссеры-классики старой школы, к которым причисляет себя и Ангелопулос, в самом деле неравнодушны к водной стихии. Однако мало кому удается придать ей такую органичность, как грекам. С воды фильм начинается, ею же он завершается. Ангелопулос сотни раз заявлял, что в Греции чувствует себя изгнанником, и что Одиссей вопреки Гомеру отнюдь не вернулся на Итаку, а умер в вечных скитаниях. Впрочем, не плавание и не тривиально-вечное возвращение составляют субстанцию этого удивительного фильма: в его центре отражение, зыбкое и неизменно сопутствующее каждому значимому эпизоду. Таков и кинематограф Ангелопулоса: молчаливый, нерезкий, загадочный, но при этом в точности повторяющий знакомую нам реальность. Если бы не чувствовалось параллелей с событиями, знакомыми кому по учебникам истории, а кому и по рассказам престарелых родственников, не возникало бы соучастия, не было бы интересно смотреть эту картину. Ползала ушло бы с сеанса по важным фестивальным делам, остальные бы мирно дремали в своих креслах. Этого не случилось, потому что фильм состоялся, что для многих стало неожиданностью. Вопрос лишь в том, признает ли этот факт жюри. Впрочем, Ангелопулосу все равно: на каминной полке у него давно нет свободного места.

Антон Долин

КОЛ-ВО ПОКАЗОВ: 2062

ИСТОЧНИК: http://www.gzt.ru/





КОММЕНТАРИИ

Форум для отзывов 11 не существует.