Эгина в феврале. Serene Harbour. Часть первая

Блоги о Греции


Эгина в феврале. Serene Harbour. Часть первая

День первый. Афинская пленница и немного воспоминаний
День второй. По следам Никоса Казандзакиса
День третий. Загадка трех храмов
День четвертый. Город куропаток
День пятый. Камень с горы Орос
День шестой. Побег в Афины
День седьмой. "Шерше ля грек": ГДЕ и КАК. Руководство пользователя))
День восьмой. ДОМОЙ!!!

«Самой надёжной опорой в моей жизни были путешествия и мечты».
«Грек Зорба», Никос Казандзакис

3 февраля, день первый
Афинская пленница и немного воспоминаний


Совсем чуть-чуть предыстории, чтобы было понятно, как все начиналось!

После поездки на Корфу мне настолько не хватало свободы, яркости новых впечатлений и ощущения полноты жизни (филэллины поймут, что вышеперечисленное осуществимо только в Греции), что руки сами тянулись загуглить информацию о каком-нибудь еще не изученном острове; почитать, посмотреть фотографии, впечатлиться и вновь «заболеть»! Более того, так как «болеть» долго не хотелось, было решено, что поездка должна состояться в январе-феврале: действительно, зачем же откладывать на лето то, что можно сделать зимой? :) Главное не забыть учесть, что остров должен быть такой, чтобы его внешний вид зимой не проигрывал внешнему виду летом. По этой причине были отметены и оставлены на лето Левкада с Итакой, которые покорили мое сердце, а взор пал на Саронические острова: от Афин недалеко (зимой это важно, как станет ясно из дальнейшего повествования), да и сам по себе каждый из них не так велик – турист без водительских прав вполне сможет осилить на своих двоих.

Спетцес и Гидра привлекали громкостью своих имен и аурой, но не особо впечатлили содержательной «начинкой» и видами-панорамами, в то время как скромная и незаметная на первый взгляд Эгина покорила меня тем количеством жемчужин, которые таит в своих глубинах этот остров.

Не особо долго раздумывая над всеми возможными «за» и «против» (действительно, зачем тратить энергию мозговых клеток, когда все равно победят «Хочу!!!» и «В Грецию!!!» :D), благополучно забив на оценку рисков и выгод, 14 августа 2012 года покупаю билеты до Афин и обратно и начинаю подготовку!

«Поскольку у меня нет договора со своей жизнью на определённый срок, я отпускаю тормоза на наиболее опасных уклонах. Жизнь человека - это дорога с подъёмами и спусками. Рассудительные люди двигаются по ней на тормозах. Я же давным-давно спустил тормоза. Пусть меня повесят, если я стану обращать внимание на свои синяки и шишки. Днём и ночью я мчусь на всех парах, делаю то, что мне вздумается. Если я отдам концы, что я потеряю? Ничего. Во всяком случае, даже если я не буду спешить, мне всё равно конец! Будем мчаться без остановок!» ("Грек Зорба" )

Тогда, в августе, казалось, что февраль будет так нескоро и что до него ведь еще дожить надо – в скучной и однообразной (в сравнении с вольными греческими хлебами) Москве. Но жизнь распорядилась иначе. Эти 5,5 месяцев оказались, хоть подчас и непростыми, но настолько яркими, интересными, сумасшедшими, умопомрачительными и горячими, что когда где-то в середине января я, затянутая во весь этот круговорот событий и лиц, вспомнила, что 3 февраля-то уже на носу, сознание все еще летало-витало где-то высоко-высоко в облаках, а разум давал пинки: «Топай собирать вещи!», «Иди распечатывать карты и составленный в августе путеводитель!», «Поднимай Мадам Сижу и топай в Спортмастер за рюкзаком и сапожками для покорения горы Орос» и т.д.

В конечном итоге все дела были худо-бедно сделаны, хотя мысли все еще были далеко от Эгины – до того момента, пока вечером 1 февраля мне на почту не пришло сообщение от владельца Pantazis Studios, где у меня было забронировано 6 дней. Вот тут-то я наконец-то проснулась окончательно и прониклась тем, что УЖЕ СКОРО!!!


Dear Mrs. Xenia,

I want to warn you that there is a ferries strike up to this day here in Greece. The strikers say that they will end the strike tomorrow (Saturday 2/02/2013) but there is a chance that they won't. For this case I have contacted a man named Mr. Takis who owns a sea taxi and he can arrange your transportation to Aegina. He charges 30 euro per person. His cell number is 0030 697 222 97 20. For any further details or anything else please do not hesitate to contact me. I hope that the strike will have been ended by tomorrow so that nothing of this is necessary!

Best regards,

Pantazis Nikolaos
Pantazis Studios Aegina


Первые строки письма и его заголовок «SOS» меня немного обескуражили и привели в ужас («Усё пропало, шеф!!! Усё пропало!!!»), но, прочитав далее и узнав, что добрый Пантазис уже обо всем позаботился и организовал, я начала входить во вкус: «На Эгину не паромом, а водным такси?! Хм… А вот это уже становится интересно!!!»

Так наступило утро 3 февраля. Шереметьево, терминал F. Рейс авиакомпании «Аэрофлот» Москва-Афины. Вылет вместо 10:35 в 11:35 – по неозвученным причинам. Взлет, набор высоты… Полет проходил в общем и целом замечательно, если не считать 2-3 зон турбулентности, которые наш пилот виртуозно преодолевал, что бывает далеко не со всеми летчиками. Но зато когда началось снижение, самолет в какой-то момент начал просто-напросто падать… Не буду описывать лица испуганных пассажиров (и свое :D), дабы не портить блог. Скажу только, что, попадись нам не такой опытный пилот, погибли бы мы грекРУгероями))

Приземление, радость («Земля под ногами!»), первый вдох по-весеннему теплого, солнечного и по-особенному вкусного греческого воздуха (кто утверждает, что Афины загазованы, добро пожаловать в Москву!), первое «Каллимера» на паспортном контроле – я снова в Греции! Я так счастлива! А ведь вроде бы вот совсем недавно с трапа самолета бросала прощальный взгляд в сторону Керкиры, покидая этот сказочный остров, на котором оставила огромную часть своего сердца!

Далее, согласно инструктажу по порядку действий в условиях, близких к военным (= забастовочных условиях), данному мне Пантазисом, я должна была сесть в такси и отправиться в Tsimentadika, Drapetsona (располагается в Пирее). Дело в том, что я наивно полагала, что отправление водных такси на Эгину осуществляется из того же самого Gate E8 даже во время забастовки. Ага. Греческое государство не глупее нашего! Будут они разрешать частным водным извозчикам доступ к Пирею, когда все моряки бастуют. Этак водные таксисты станут богаче самого Онассиса. Но мне такие глубокие дедуктивные заключения оказались не по уму, поэтому Пантазис очень вежливо объяснил, что таксиста надо попросить доставить себя в эту самую Драпетсону. Но тут, в аэропорту, выяснилось другое обстоятельство, еще более щекотливое и интересное: на море сегодня 9 баллов по шкале Ботфорта. Да-да, это значит, что никакие водные такси и лодочки не будут допущены в рейс в принципе. Тамм-тамм-тамм-тамм… Вот и приплыли! Тут уж никакие Пантазис с Такисом не помогут. И даже я, так любящая все брать штурмом, сам штурм в 9 баллов взять штурмом уже буду просто-напросто не в силах, хоть убейся ап стену прямо здесь и сейчас, в эту самую минуту. Это фиаско, Ксюшечка, - тотальное))

Зато именно теперь стало понятно, почему самолет вдруг стал падать. Заходит на посадку он над морем, а на море 9 баллов. Все логично…

Делать нечего - направляюсь в Sweet Home Hotel (отзывы о всех тех местах, где довелось мне останавливаться в течение этих 7 дней, будут в конце блога), который был забронирован у меня на одну ночь – с 9 на 10 февраля, так как я все-таки не дилетант в греческих путешествиях и прекрасно понимала, что покидать Эгину в день вылета домой было бы крайне неблагоразумно: а вдруг шторм, а вдруг паромы отменят, а вдруг… По счастью, в отеле был в наличии свободный номер (именно «по счастью», так как их всего-то там десяток, так как это family-run hotel). Оставила сумки и отправилась гулять.

Первые ощущения были вновь радостные: «Я снова в Греции! Пусть пока в Афинах, пусть пока не на острове своей мечты! Но я в Греции!» И так радостно было видеть голубое небо, зеленую травку и зеленые деревья, ощущать на коже нежное прикосновение ветерка – хоть прохладного и сильного, но отнюдь не леденящего, как сейчас в заснеженной Москве! Из лютой российской зимы прямо в греческую весну! Ну а когда увидела вот эти цветы на одном из деревьев, радости моей не было предела)) Те же самые эмоции возникли при созерцании апельсинов.





Прошлась по улицам Ermou, Mitropoleos, Adrianou, вышла на Синтагму. Вот и своими глазами увидела здание Парламента. Правда, на смену караула опоздала на 5 минут. Исправилась через неделю.

















Вскоре первая радость от встречи с Грецией испарилась, а подсознание проснулось и стало выказывать недовольство: «Не люблю города! Остров хочу, остров! Эгину!» Ну а когда на площади Монастираки , из всей пестрой картинки, состоящей из смешения людей и продаваемых сувениров, глаз автоматом выхватил надпись «Фисташки с острова Эгина», сердце защемило…

Прогулка заняла всего лишь 1,5 часа, так как уже начинало темнеть, и не было никакого желания гулять в сумерки, хоть это и Плака. Да, я смелая только на островах :D.

Далее предстояло выяснить, что же делать с завтрашним днем… Связалась со своим Пантазисом, но у него для меня никаких хороших новостей не было: забастовки продолжатся и завтра, в понедельник, 4 февраля. Зато прогноз погоды обещает ветер не 14 м/с, как сегодня, а всего лишь 3 м/с! Посему в 9:00 мне надо быть в этой самой Драпетсоне и ловить Такиса, на которого я должна молиться как на Бога, так как это единственный человек, который может вызволить меня из афинского плена и помочь перебраться на мою ненаглядную Эгину (как потом выяснилось, вовсе не единственный, потому что этих водных такси было много). Поэтому шагом марш в постель восстанавливать силы после всех злоключений приключений этого дня. Да, это никакие не злоключения, так как все могло быть гораздо хуже!

1. Не выяснилось бы про 9 баллов в аэропорту – поехала бы в Драпетсону, потратив около 40 евро и потом еще 15, чтобы вернуться обратно в Афины. Не говоря уже о том, что нет ничего приятного в бесполезных перемещениях из одного конца в другой…

2. Не нашлось бы свободного места в Sweet Home – со всем багажом потопала бы дальше в поисках ночлега.

И так далее. Да, потерян целый день на Эгине (а это целая катастрофа, так как у меня же туристическое меню по дням и по часам расписано: карты, маршруты, описание радиалок), но зато сколько положительных эмоций от осознания того, что ведь это же все приключения)) И причем греческие! А когда все по плану, ровно и гладко – это ж уснуть от скуки можно!

Все будет ОК, детка! Я обещаю тебе, что завтра ты увидишь свою драгоценную Эгину!

4 февраля, день второй
По следам Никоса Казандзакиса


Около 8:30 утра была в Драпетсоне. Местечко «Кричи – не кричи» из «Бандитского Петербурга», честное слово.





Вскоре увидела группку людей, которая, как оказалось, тоже искала водное такси и тоже, о удача, на Эгину! Ура! Я не одна! Водное такси нашлось очень быстро (и это был не Такис), и уже через 10 минут мы покинули Афины и отправились в путь!







Я сначала думала, что на «палубе» будет ветрено и холодно и уже собиралась спуститься вниз, в «каюту», но потом решила, что не могу позволить себе пропустить все самое интересное. И не пожалела! Хоть и немного пасмурно было, но очень тепло и сухо, а ветер не доставлял абсолютно никакого дискомфорта! И самое главное. Если бы я плыла на Эгину обычным паромом, разве увидела бы я Эгейское море настолько близко?! Нет. Разве чувствовала бы запах морской воды так ярко и отчетливо?! Нет. Разве попадали бы мне на лицо капли от брызжущих волн? Конечно, нет. Наверное, я никогда не забуду этот час, в течение которого мы добирались до Эгины. Я была настолько счастлива от осознания того, что мне, преодолев все греческие забастовки и 9-балльный шторм, все-таки удалось покинуть Афины навстречу своей Мечте! И невольно я вспомнила эти слова из «Грека Зорбы».

«Счастлив тот человек, которому дано было видеть Эгейское море. Немало есть радостей в этом мире: женщины, дела, идеи. Но рассекать волны этого моря ранней порой, шепча название каждого из островов, - мне кажется, нет большей радости, чем эта, погружающая душу человека в рай. Ни в каком другом месте нельзя перейти столь безмятежно и непринужденно от действительности к мечте. Границы исчезают, и мачты даже самых старых судов устремляют к небесам свои реи и флаги. Говорят, что здесь, в Греции, чудеса просто неизбежны. Солнце, прорвавшись сквозь мягкое и нежное облако, будто только что искупавшееся, стало ласкать своими лучами воды и земли. Я был просто опьянён этим чудом».

И поняла одну вещь. Греция вообще и эта книга в частности сделали из меня, когда-то робкой и неуверенной в себе девочки, человека, твердо стоящего на ногах; научили смело идти по жизни, не боясь почти никого и ничего (самолеты не переношу :D); принимать и любить себя такой, какая я есть; на все смотреть с улыбкой и юмором; лучше понимать и, самое главное, чувствовать людей и быть неплохим психологом; бороться и искать, находить и не сдаваться; ставить перед собой смелые цели и достигать их, не обращая внимание ни на какие препятствия, веря в успех до самой последней секунды; уметь не только побеждать, но и с достоинством проигрывать. Греция – это страна Свободы. Только живя бок о бок со стихией, с морем, каждый день соприкасаясь с природой и являясь ее частью, можно понимать истинный смысл жизни, по-настоящему любить ее и быть выше той суеты, которой обременены мы с вами, жители мегаполисов. Сейчас, на огромной скорости мчась к острову своей Мечты, чувствуя запах моря и брызги морской воды на лице, я отчетливо поняла, что будь у меня много-много денег, я бы путешествовала на своей яхте по греческим островам и наслаждалась Свободой. Думаю, каждому из нас нужен хотя бы годик такой «встряски», чтобы прийти в себя и «вернуться к истокам», дабы очиститься от всей суетной «шелухи», которой невольно обрастаешь в таких городах, как Москва. Oops, Остапа понесло))

Очень атмосферная фотография… Побег из Алькатраса, не иначе))



А грекам все и всегда нипочем (и уж тем более какие-то там забастовки, фи): люди улыбаются, люди счастливы!





Афины уже совсем далеко! И слава Богу))



Трясло нас очень прилично, но я не без гордости отметила про себя, что морской болезнью не страдаю. «Молодца! Вот это по-гречески!»

В сравнении с такими вот гигантами понимаешь, что наша лодочка – щепка в море)









Проплывали очень красивый, аккуратненький и маленький островок, который мне как-то сразу приглянулся!





Наш освободитель собственной персоной.



Время пролетело довольно быстро, и вскоре по оживлению пассажиров я поняла, что показавшийся вдали достаточно большой остров и есть Эгина. Радости моей не было предела!



Ура! Наконец-то! А ведь еще вчера я была вовсе не уверена в том, что вообще увижу свою Мечту! Но все-таки еще оставались сомнения, что это именно Эгина, - до тех пор, пока не увидела тот самый маяк, посещение которого входило в план моего первого дня пребывания на острове. «Все. Цель достигнута. Прорвалась!!!»





«А-а-а, это Колона!» - ликовала я про себя так, словно увидела какое-то чудо. Вы бы тоже так ликовали, если бы свою Мечту вынашивали n месяцев подряд.



Причаливаем! Я все еще не верю своему счастью, честное слово!









Совсем немного фактов об острове, прежде чем бросить якорь.

Эгина – один из островов Саронического залива, находится в 27 км от Афин. В античные времена обладал огромной военной мощью и был соперницей Афин. Площадь острова составляет около 87 км2, имеет треугольную форму, протяженности такие: 17 км с севера на юг и 15 км с востока на запад. Потухший вулкан занимает две трети площади острова. Население – 14 тысяч человек, согласно переписи 2001 года.

Из исторических фактов нельзя не упомянуть о том, что именно жители Эгины представили западному миру чеканку монет спустя 40 лет после того, как лидийцы изобрели ее в Малой Азии около 630 года до н.э. Именно Эгинский стандарт мер и весов (датируется серединой 7-го века) был одним из двух стандартов, используемых в Греции. Именно на Эгине 15 мая 1832 года была открыта первая Национальная библиотека Греции - благодаря идее филэллина J. Mayer, боровшегося за независимость Греции. Идею осуществил Иоаннис Каподистриас. В 1834 году Библиотека переехала в новую столицу – Афины.

Первая мысль, которая посетила меня, когда я первый раз ступила на землю: «Как тихо, безлюдно и хорошо!»

Позвонила Пантазису, и уже через 10 минут он любезно приехал за мной. Pantazis Studios расположены довольно-таки далеко от центра города: минут 10 ходьбы. И это в принципе хорошо, так как чувствуешь себя очень уединенно и спокойно. Почему-то возникают ассоциации с подмосковной дачей, чего не было нигде на других посещенных мною островах (впрочем, их всего-то пока 4).

Как обычно, побросала чемоданы, выхватила из них карты и маршруты, фотокамеру и умчалась знакомиться с островом.

В программе этого дня было изучение той части Эгины, что расположена севернее столицы. Вновь вхожу во вкус ставшей для меня такой привычной игры: пойти туда, найти то
.
В Греции весна: 17 градусов, почти безоблачно, легкий теплый ветерок… Вновь и вновь отмечаю про себя этот факт и не могу нарадоваться, созерцая пышный зеленый ковер, украшенный полевыми цветами… «В Москве сейчас 0 градусов, слякоть и грязища под ногами, пасмурное небо и угрюмые лица прохожих!» А я гуляю по острову, греюсь под солнышком, дышу хвойными ароматами и свежестью зелени!



















Посещение Колоны пришлось оставить на следующий раз, так как был выходной для музея день (понедельник).



Отправилась вдоль береговой линии далее на север. Шум набегающих и уходящих морских волн нес в душу покой и умиротворение… То самое единение с природой, о котором я мечтала… Чувство свободы, от которого, кажется, вот-вот взлетишь… Попутно хочу отметить, что на Эгине нет таких красот, как на Корфу, - сумасшедших, буйных, взрывающих сердце эмоциями и наполняющих мозг молниеносным зарядом бешеной энергии. Эгина проста и покоряет именно этим скромным очарованием, тихой безмятежностью. Это Serene Harbour. Именно за этим я сюда приехала, и именно зимой.

















Цвет воды, который навевает воспоминания об Ионическом море и о моем июльском путешествии на Корфу, которое я не прекращала вспоминать все эти 5,5 месяцев. Это невозможно забыть. И до сих пор меня не покидает желание вернуться в прошлое и «пережить» те 10 дней еще раз, как будто в первый…







И вновь цветы… Весна!





Вот такая симпатичная коряга мне попалась на пути.



Дошла до маяка.















Старая заброшенная лодка…



Статуя «Мать» работы Кристоса Капралоса





Кристос Капралос (1909-1993) родился в бедной семье, но уже в ранние годы проявил интерес к искусству. Получил грант на изучение изобразительного искусства от братьев Papastratos, которые были известными меценатами в родном городе будущего художника. Таким образом, с 1929 по 1934 годы Капралос обучался в Афинской Школе изобразительного искусства, а с 1934 по 1940 годы изучал скульптуру в Париже. В 1946 году в Афинах прошла выставка работ Капралоса, и тогда-то его заметил мэр города Konstantinos Kotzias, который подарил ему участок земли для строительства собственной творческой лаборатории.

В 1962 году Капралос был приглашен представлять Грецию на Венецианском Бьеннале, где его работы получили самую высокую оценку. Вслед за этим последовали предложения о работе в Европе и США, а также статьи о Капралосе в международных изданиях. В 1963 году Кристос смог позволить себе купить собственную творческую студию на острове Эгина, на которой он проводил половину года, а остальную половину – в Афинах. К началу 1990-х годов у Капралоса было уже 6 студий, а его работы (всего их около 7 500 – не только скульптуры, но и картины, терракотовые и керамические изделия) приобрели всемирную известность. Некоторые его работы хранятся в музеях США, а также могут быть найдены у частных коллекционеров.

Ну а теперь дом Никоса Казандзакиса. О книге «Грек Зорба» я уже упоминала выше. Если кому-то интересны подробности, прочитать можно здесь. Теперь несколько слов о самом Казандзакисе.

Знаменитый греческий писатель, родился на Крите 18 февраля 1883 года. В 1902 году переехал в Афины, где учился на юридическом факультете Афинского университета; в 1907 перебрался в Париж, где изучал философию. Работал журналистом в разных странах мира: во Франции, Германии, Италии, России (1925 —1927), Китае, Японии и др. Похоронен у городской стены Ираклиона, поскольку православная церковь отказала в похоронах на кладбище. Надпись на его надгробии гласит: «Ни на что не надеюсь. Ничего не страшусь. Я свободен».

Наиболее известен романами «Страсти по-гречески» («Христа распинают вновь», 1948), «Грек Зорба» (1946), «Последнее искушение Христа» (1951, книга внесена католической церковью в Индекс запрещенных книг), «Беднячок из Ассизи» (1956). Автор нескольких драм, философских работ, написанных под влиянием Ницше, эпической поэмы "Одиссея" (опубликована в 1938), переводчик "Божественной комедии" Данте (1932), "Фауста" Гете (1936), а также произведений Шекспира и Гофмана.

ЭПЦ прокляла Казандзакиса за его роман «Последнее искушение Христа», на что ответ писателя был таков: «Вы дали мне проклятие, Святые отцы, а я даю Вам свое благословение – так пусть Ваша совесть будет так же чиста, как и моя. Желаю Вам оставаться столь же религиозными и нравственными, как я». Отчасти именно из-за этой дурной славы книги Казандзакиса почти не переводили на другие европейские языки и не издавали. Как следствие, зарабатывать на жизнь ему приходилось переводами.
Казандзакис является Лауреатом Международной премии Мира 1956 года, а в 1957 году всего лишь один голос не позволил ему получить Нобелевскую Премию по литературе. Получивший ее Альбер Камю сам признал, что заслуживает ее гораздо меньше Казандзакиса.

В честь 50-летия со дня смерти писателя в 2007 году его образ был избран для изображения на коллекционном наборе монет, в частности, речь идет о юбилейной монете номиналом в 10 евро. Образ писателя изображен на лицевой стороне монеты, в то время как на оборотной стороне изображен Герб Греции и подпись самого Казандзакиса.



Казандзакис с детства любил Эгину за ее круглогодичную солнечность, мирную тишину и уединенность. Именно на Эгине он написал большинство своих наиболее значимых работ, в том числе «Грека Зорбу». Когда в 1937 году был достроен собственный дом, писатель так охарактеризовал его в письме супруге Элени: «Дом наш прост и полон света; море как зеркало; горы безмятежны и добры; земля богата и зелена. Я всем этим обязан уединенности. Я бы ничего не сделал, я бы был никем, если бы не она».

Вот так, например, описал сад, в котором Казандзакис обычно принимал своих гостей, один известный эссеист: «Кусочек сухой земли, усыпанный гравием; несколько кактусов; ни деревца; и все это окружено и защищено каменной стеной. Как в Африке». Эссеист нашел самого Казандзакиса схожим со своим садом: «Сух, скромен, тернист, аскетичен».

Что сказать, место для строительства дома Казандзакис выбрал шикарное: на самом северном мысе острова, в считаных метра от моря…












Однажды ночью я находился один в своём доме у моря на острове Эгина. Я был счастлив; окно, выходящее к морю, было открыто настежь. Светила луна, море, тоже счастливое, вздыхало; моё тело, наслаждавшееся усталостью после долгого купания, спало глубоким сном.
И вот в тиши такого блаженства, перед утром, в моих снах появился Зорба. Проснувшись, я почувствовал, что сердце моё готово разорваться; не знаю почему, но глаза мои наполнились слезами. Мной тотчас овладело непреодолимое желание восстановить в памяти жизнь, которую мы вели вдвоём на критском берегу, вспомнить, собрать воедино все слова, крики, жесты, смех, слёзы, танцы Зорбы, чтобы спасти его.
Желание это было настолько сильным, что мне стало страшно видеть в нём знак того, что в эту минуту где-то на земле Зорба агонизировал. Его душа была настолько связана с моей, что мне казалось невозможным, если один из нас умрёт, то другой не содрогнётся и не закричит от боли.
Какое-то время я не решался собрать все воспоминания, оставленные Зорбой, и облечь их в слова. Мной овладел какой-то детский страх. Я говорил себе: «Если я это сделаю, значит, Зорба действительно находится в смертельной опасности. Нужно сопротивляться силам, которые меня подталкивают».
Я противился два дня, три дня, целую неделю. Но мой мозг в тягостном беспокойстве полностью сконцентрировался на Зорбе.
Однажды я сидел на террасе своего дома над морем. Был полдень, пекло солнце, я смотрел на голые изящные склоны Саламина, лежащие передо мной. Вдруг, словно меня толкнула чья-то невидимая рука, я взял бумагу, растянулся на горячих плитах террасы и начал описывать события в жизни Зорбы. Я работал день и ночь, чтобы точно зафиксировать его облик. Через несколько недель красивая легенда о Зорбе была окончена.
В конце того дня я ещё сидел на террасе и смотрел на море. На коленях у меня лежала оконченная рукопись. Я испытывал радость и облегчение, как будто меня освободили от тяжёлого груза. Я был похож на только что родившую женщину, которая держит на руках своего младенца. Ярко-красное солнце садилось за Пелопонесские горы. На террасу поднялась Сула, маленькая крестьянка, которая обычно приносила мне из города почту. Она протянула письмо и поспешно убежала. Я все понял. Едва распечатав письмо, я не вскрикнул и не пришёл в ужас. Мне было известно, что в ту самую минуту, когда я держал на коленях законченную рукопись и смотрел на заходящее солнце, я получу это письмо.
("Грек Зорба" )





Очень, очень печально, что дом закрыт и что в нем до сих пор не организован музей (все-таки именно здесь был написан роман "Грек Зорба"!)… Я бы с удовольствием побывала внутри. Когда-то, 9 месяцев назад, мне чудом удалось проникнуть в Акротири Кастелли на Санторини; спустя 2 месяца, на Корфу, удача вновь улыбнулась мне, и я очутилась в Белом доме Даррелла. Ну, пожалуйста, появись Кто-нибудь, открой двери и впусти меня в дом Никоса Казандзакиса! Нет, тишина. Что ж, то ли лимит Удачи исчерпан, то ли мое хотение было не таким сильным, чтобы материализоваться. Эксклюзива не будет, господа)) Посему взгляд в сторону Сувалы – и я топаю в обратном направлении, в сторону Эгины.



По пути увидела вот такой особняк.



И узкую полосочку песчаного пляжика.







Так как время было всего-то лишь 12 часов дня, решила вписать в этот день также и знакомство со столицей. Прежде всего, хочу отметить, что она открылась мне именно такой, какой я ее воображала себе в это время года: почти ни души на улицах, никаких туристов – только местные жители. Ситуация «усугублялась» еще и тем, что Греция на тот момент бастовала уже 5 дней (с 31 января по 4 февраля) - паромное сообщение с островом было напрочь парализовано. Честно говоря, меня это только забавляло: чувствуешь свою исключительность («А я все-таки прорвалась сквозь блокаду – спасибо Судьбе!»); кажется, что весь остров принадлежит тебе одному; создается иллюзия игры в какой-нибудь Lost (а еще ассоциации с «10 негритят»), и только где-то глубоко-глубоко в душе мягкими лапками скребутся пушистые кошечки: «Кхм-кхм, надеюсь, к субботе забастовки прекратятся? А если нет, то хотя бы 9 баллов по шкале Ботфорта меня не ожидают?! Не хочется опоздать на свой рейс домой». В общем, февральская Эгина оправдала все мои ожидания и покорила мое сердце… Пустынные улочки излучают спокойствие и безмятежность - я с таким удовольствием бродила по ним, заглядывая в различные магазинчики и осматривая снаружи те из них, которые были закрыты (а таких, надо отметить, было не менее 80 процентов). Причем не просто закрыты, а именно закрыты на зиму. И в этом тоже есть свое очарование.













































Побывала в четырех захаропластио в поисках своей любимой бугацы, встретила только в двух, но не купила. Да, все-таки после «курса для начинающих греческих кулинаров» я стала очень привередливой)) Баклава тоже как-то не приглянулась в сравнении с домашней - «Видать, придется самой готовить» :D. Ксюша, ты неисправима))

Вообще говоря, по Эгине (столице) достаточно мало информации, поэтому, к сожалению, многие фотографии не могу подписать.



















Aeginitiko Archontiko – исторический отель, расположенный в здании 17 века. В нем останавливался сам Никос Казандзакис.



Башня Марчелло, или Розовая башня













Была построена в 1802 году. В 1826 году здесь располагалось Правительство Иоанниса Каподистриаса – до тех пор, пока не была сооружена официальная резиденция («Дворец Барбаянниса»).

Теперь переместимся поближе к морю и пройдемся вдоль набережной…

































Устав, отправилась домой, по пути поймав вот такой красивый закат на молочном море… Отмечу в скобках, что это не режим черно-белой фотографии или сепии. Только натуральные цвета.

















5 февраля, день третий
Загадка трех храмов


Около 9 утра отправилась на автобусную остановку, по пути запечатлев вот такую красивую панораму, открывшуюся моему взору в 100 м от студии. Назовем картину в стиле Айвазовского :), а именно:

Утро на Сароническом заливе







Вид на Эгину



Прибыв на автобусную станцию, я узнала, что зимой автобусы почти не ходят, а точнее, ходят лишь тогда, когда число пассажиров превышает 10 человек ( = никогда). Естественно, для меня исключение делать не стали. Надо сказать, что именно по этой причине во время моего пребывания на острове перемещаться приходилось только на такси. Больше 15 евро за поездку никогда не брали. 15 евро – это была самая «отдаленная» моя поездка: до Пердики, около 10-12 км от Эгины.

Итак, доехала до Контоса, где, как известно, располагается монастырь Святого Нектариоса. Утро выдалось пасмурным, на небе собирались грозные тучи, и я уже начала побаиваться, что пойдет дождь.

Немного исторических сведений.

Святитель Нектарий Эгинский – один из самых почитаемых в Греции святых. Анастасиос Кефалас родился 1 октября 1861 года во Фракии, в бедной семье. Был пятым из шести детей Димоса и Марии Кефаласов. Получив начальное образование, в 14 лет отправился в Константинополь. Был рабочим табачной лавки и школьным смотрителем. В 1866 году, в возрасте 20 лет, переехал на Хиос, где стал учителем. Через десять лет, 7 ноября 1876 года, в возрасте 30 лет, постригся в иноки в монастырь Неа Мони с именем Лазарь. В 1879 получил монашеский постриг с именем Нектарий и сан иеродиакона. Несколько лет Нектарий прожил в Афинах для получения образования. В 1885 окончил богословский факультет Афинского университета. В 1886, после преданного служения в церкви Святого Николая в Каире, был рукоположен в иеромонахи александрийским патриархом Софронием. В том же году Нектарий был возведён в архимандриты и стал секретарём патриарха. С 1889 - митрополит Пентапольский. В июле 1890 отправлен на покой как «не ужившийся в климате Египта».

Биографы связывают отставку Нектария с ложным доносом патриарху, сделанным кем-то из недоброжелателей. В 1892 Нектарий получил должность проповедника в Греции, а в 1894—1908 руководил богословской школой в Афинах. После окончательного ухода на покой он жил в основанном им в 1904 году Троицком женском монастыре на Эгине, где писал, молился и оказывал духовную поддержку тем, кто приходил за его советом. Также оказывал существенную поддержку в дальнейшем обустройстве монастыря, который кстати был построен на его личные сбережения. Скончался 9 ноября 1920 от рака, в возрасте 74 лет.

Множество людей почитало Святителя Нектария святым даже при жизни – за его жизнь, проведенную в молитвах и сострадании к людям, за его богословские труды, способность предвидения и те чудеса, на которые он был способен. Останки Святителя Нектария были извлечены из могилы 2 сентября 1953. Святитель Нектарий был канонизирован 20 апреля 1961 Константинопольской православной церковью. Каждый год 9 ноября отмечается праздник в честь Святого Нектария.

Монастырь поражает своим масштабом и красотой. Какие-либо комментарии излишни.







































Покинув монастырь, я отправилась в сторону Палеохоры. По пути набрела на вот такую красивую церквушку.



















Взору открывались такие вот панорамы…











Палеохора – это эгинская версия Мистрас; была столицей острова с 9 века по 19 век. Все, что осталось от этого поселения, - 365 церквей, по одной на каждый день года. Из этих 365 церквей лишь 70 сохранились, что подтверждается документально. Из этих 70 - 33 церкви в очень хорошем состоянии и открыты для посещения.











Если Вы соберетесь посетить Палеохору, необходимо заложить на это минимум 2 часа: вроде бы всего лишь 2 каменные дорожки, но каждая из них, кажется, бесконечна. И ты сам не замечаешь, как уходишь все дальше и дальше, поднимаешься все выше и выше: церквушка тянется за церквушкой, и каждая настолько уникальна и интересна, что любопытство и азарт новых открытий побеждают усталость.















































В 1537 году пират Хайр-ад-Дин Барбаросса в течение 4 дней осаждал Палеохору и в конечном итоге все-таки разрушил древнее поселение. В Палеохоре не осталось никого и ничего, кроме руин домов. Вскоре поселение было восстановлено, хотя набеги пиратов продолжались и в дальнейшем. Позже, в 1687 году, венецианцы держали осаду над городом в течение 8 дней и в конечном итоге забрали 600 жителей в качестве рабов. Так Эгина вновь стала венецианской.

К 1715 году жители острова обладали процветающей экономикой. У города было все: мощная крепость, обилие питьевой воды, вина, оливковые чащи, лимонные и апельсиновые деревья. Однако начиная с 1800 года жители Палеохоры, успокоенные все более редкими набегами пиратов, стали перемещаться ближе к заливу, и уже к 1829 году опустошенный город представлял собой то печальное зрелище, которое открывается и современному посетителю.

Это место хранит в себе страдания не одной сотни людей, а потому с особенным трепетом в душе шагаешь по этой священной земле… И когда видишь такие панорамы, задумываешься о вечном, в который раз проникаешься любовью к Греции и к жизни и осознаешь, насколько ты счастлив, оказавшись здесь в частности и на этом замечательном острове в целом! Как и когда-то на Корфу: «Я самый счастливый человек в этом сумасшедшем мире!!!»





Напоследок вид на Саронический залив.





Спустившись вниз, на главную дорогу, я взяла курс на храм Афайи. Было 12 часов дня. К этому времени тучки почти полностью рассеялись, выглянуло ласковое солнышко, а воздух прогрелся где-то до 18 градусов, как и обещали метеорологи. Иду, смотрю по сторонам, блуждаю в своих мыслях, наслаждаюсь весной и вновь тихо радуюсь, что сбежала из Москвы, в которой сегодня выпало чуть ли не 10 см снега!

По пути не попадалось ничего особенно интересного и примечательного, кроме вот такой вот рощи. Яркий контраст по-весеннему зеленого цветочного поля и по-зимнему спящих деревьев.





Афайя - древнегреческая богиня, почитание которой в античные времена имело место исключительно на острове Эгина, хотя учёными установлено, что её культ был привнесён с Крита, где он прослеживается начиная с XIV века до н. э. Афайя считалась богиней плодородия, богатства и сельскохозяйственных работ.

Храм Афины Афайи (Невидимой) построен в самом начале V века до нашей эры (около 495 г. до н.э.). Это представитель гексастиля (то есть храмов с шестью колоннами на торцовых сторонах периптера). Соотношение колонн здесь 6:12. От того же архаического периода (776–476 гг.) до нас дошли храм Геры в Олимпии (6:16) и храм на акрополе Коринфа (6:15).

Храм на Эгине завершает архаический период и как будто предчувствует некоторые формы следующего, классического периода развития дорических храмов (476–338 гг. до н.э.). Но самым главным в Афайе остается все же ощущение неполного обретения, неокончательной гармонии, которая пронизывает все, но еще не получила окончательного оформления. Колонны уже потеряли приземистость архаического периода, уже приобрели долю идеальности, но все же не достигли высшей точки, ощутимой в скульптуре и архитектуре века Перикла, в статуях Фидия, Парфеноне и храме на мысе Сунион. Колонны Афайи – это предчувствие вершины, некоторое ощущение подхода к идеальной гармонии.

Храм сделан из ракушечника-туфа, он был покрыт штукатуркой и раскрашен. Фронтонные группы (Геракл и подвиги Аякса в Троянской войне) находятся в мюнхенской Глиптотеке (в 1812 году были куплены баварским наследным принцем Людвигом, будущим королём Баварии Людвигом I).

У цели. Позади около 9 км и 1 час 20 минут в пути.

Не так давно, когда я готовилась к поездке, составляла путеводитель и слушала эту композицию, представляла себе этот момент таким образом: "Холодный зимний день. Храм Афайи на фоне серого свинцового неба. В этом есть что-то стоическое, аскетическое..." Сейчас же, когда на улице было 18 градусов и ярко светило солнце, а небо было голубым и таким красивым от перистых облаков, я невольно улыбнулась. И акцентирую внимание на том, что уже при 18 градусах здесь, наверху, очень жарко. Можно себе представить, чтО творится летом…

Общий вид храма с юго-востока







Вид с востока. К Храму подходит мощеный путь от алтаря.













Двухъярусные внутренние колоннады





Вид с юго-запада





Северная колоннада













Сделав фотографии Храма, вдоволь налюбовавшись его величием и грандиозной красотой, направилась к площадке, с которой открывается вот такой замечательный вид на Аг. Марину. Далее начала спуск вниз, который занял минут 15.





Чуть не забыла. Месторасположение афинского Акрополя, храма Афайи и руин храма Посейдона в Сунио таково, что с высоты видны явные очертания равнобедренного треугольника.

Вот и Агия Марина. Как показал мне Google Earth, ничего особенно примечательного в этом курортном поселке нет в принципе, поэтому план мой состоял в том, чтобы пообедать (после 10-километрового перехода сил почти не осталось) и заодно попросить, чтобы мне вызвали такси. Каково же было мое удивление (и ужас!), когда, проникая внутрь поселка все глубже и глубже, я не находила никаких признаков жизни – только заколоченные магазины и закрытые таверны и отели/студии. В какой-то момент глаз с надеждой выхватил достаточно крупную таверну, в которой так живо стояло множество голубых столов и стульев. Ликуя, я направилась туда, вошла внутрь и… Ни души! Отправилась дальше в поисках хоть каких-то признаков жизни. Пустыня, честное слово… Нет! Припять! Вот уж, действительно, яркое и точное описание греческих курортных поселков в зимний период, которое я когда-либо слышала! Вроде бы жизнь есть (через витрины заколоченных магазинов виден оставшийся не проданным товар), но на самом деле ее нет. Не очень приятное ощущение, поверьте. И только шум моря внизу нарушает гробовую тишину…





Я уже начала серьезно побаиваться, что обратно в Эгину мне придется топать на своих двоих, а ночевать в чистом поле с рюкзачком в обнимку, как увидела открытое захаропластио – «Я спасена!!!» Зашла, спросила у продавца, есть ли где-нибудь поблизости таверна и получила в ответ спасительное: «Да, вон там – одна-единственная открытая на весь поселок».

В таверне меня встретил очень милый англизированный грек лет 40, с искренней доброй улыбкой и интеллигентным лицом, с интересом смотревший что-то то ли по Discovery, то ли по Animal Planet. И предложил мне на обед клефтико. Так как именно это греческое блюдо я еще не пробовала, ответила согласием. Клефтико – это божественно! Впрочем, у меня все греческие блюда (как и русские) божественны :D.

С удовольствием откушала, тем более что была голодна как волк! Тем временем такси задерживалось, поэтому я зашла в то самое захаропластио и купила бугацу. Боже, как я соскучилась по греческой бугаце! А эта была настоящая – такая нежная, с тонким-тонким слоеным тестом и вкусной ванильной начинкой. Чашка горячего чая – я в раю…

Тем временем мы мило беседуем, и в ответ на вопросы грека я рассказываю, что это мой четвертый остров и что я обожаю Грецию. «Ну в таком случае Вам надо выйти замуж за грека». Я чуть чаем не поперхнулась, вспомнив все ужасы, о которых пишут на форуме русские жены греков. «Лучше Вы к нам!» - тихо пронеслось в голове...
Вскоре приехало такси, я поблагодарила грека за помощь и уже через 20 минут шла по набережной Эгины в направлении своего «дома», по пути наслаждаясь такой вот красотой. Назовем это теперь…:?:

Точно! :idea:

Закат на Сароническом заливе... :)

Фотографий будет много, так как каждая из них прекрасна, и трудно выбрать только 2-3...



















































6 февраля, день четвертый
Город куропаток


Так как в понедельник Колона была закрыта, я решила посетить ее сегодня утром. По всеобщему оживлению в порту стало понятно, что забастовка в Пирее завершена: корабли и кораблики всех пород и мастей энергично бороздили воды Саронического залива!













Колона – это все, что осталось от дорического храма Аполлона, который был разрушен в 4 веке вместе с остальными, так как считался идолопоклонническим. Храм этот был построен из пористого песчаника эгинской земли в 520 году до н.э. на месте других храмов доисторического Акрополя. Храм имел конструкцию «11 колонн х 6 колонн. Фронтон Храма был выполнен из паросского мрамора и изображал битвы амазонок.









Английский архитектор Charles Robert Cockerell был первый, кто начал раскопки в этом месте в 1811 году. В дальнейшем его труды были продолжены архитекторами из других европейских стран. Исследования показали, что местность была заселена с 3 тысячелетия до н.э. и была укреплена мощными оборонительными стенами для защиты 8 городов, каждый из которых развивался достаточно успешно. Когда был разрушен храм Аполлона, ему на смену пришли другие, построенные немного западнее вместе с впечатляющим театром, зданием парламента, стадионом, Асклипио и синагогой. Здесь же располагались коммерческий и военный порт, в котором скрывали военные корабли, что было крайне необходимо: в течение 8 века Эгина славилась своими морскими победами. Тем не менее, это городище было разрушено в 10 веке пиратами, что и заставило население бежать отсюда в гористые районы, где позже была основана Палеохора, пробывшая столицей острова в течение 1000 лет.

Прямо как в русском лесу!



Вид на север западного побережья Эгины. Там вдалеке маяк, дом Казандзакиса, статуя «Мать».



На самой вершине так хорошо и уютно устроилась чайка!











Археологический музей Эгины, расположенный сейчас в Колоне, был основан в 1828 году первым правителем независимой Греции Иоаннисом Каподистриасом. Здесь можно найти прекрасную коллекцию артефактов: около 1000 ваз, 109 светильников, 137 орудий различного типа, 359 монет. Музей несколько раз переезжал и окончательно нашел пристанище в Колоне в 1981 году.

Внутренний дворик












Далее доехала до Пердики. Сразу хочу отметить, что этот порт производит самое приятное впечатление: маленький и по-домашнему уютный. Он сразу как-то пришелся мне по душе и по мере знакомства с ним нравился все больше и больше. По архитектуре поселение напоминает кикладский стиль: квадратные белые дома и узкие улочки.

Городок был заселен с 1600 года до н.э., и в переводе его название обозначает слово «куропатка», так как множество этих птиц обитало в прилегающих лесах. Примечательно, что именно эту местность пират Барбаросса использовал как свою штаб-квартиру во время захвата острова в октябре 1537 года. Другой интересный факт заключается в том, что на мысе напротив гавани греческое Правительство построило крепость перед Второй Мировой войной для защиты Пирея.

Вид на остров Мони





Вид на Пердику









Морские ежики



Вот с этой естественной смотровой площадки открываются чудесные панорамы на Мони и обрывистые берега южной оконечности Эгины.























Сразу вспомнился финал вот этого видео, от которого когда-то была без ума. Наверное, этот клип как-то подсознательно запрограммировал меня: вспомнив о нем только сейчас, на Эгине, на этом обрыве, спустя 7 лет, нашла "общие точки".

Собственно говоря, в Пердику я приехала для того, чтобы своими глазами увидеть Camera Obscura ("Комната небытия" ), которая представляет собой часть выставки «Свет и изображение», проходившей в 2003 году. Это цилиндрическое зданьице диаметром в 7 м, имеющее 12 прорезей во всех полусферических направлениях. Через эти прорези лучи света входят в темное помещение и таким образом воссоздают 360-градусную панораму внешнего мира, «склеенную» на полупрозрачном экране, свешивающемся с потолка, из 12 отдельных перевернутых с ног на голову «картинок». Эта «камера» - первая и единственная в Греции, а также единственная камера во всем мире, которая дает именно 360-градусную панораму.

К сожалению, внутри все было затянуто занавесом, так что пришлось покинуть камеру несолоно хлебавши. Зато увидела группу школьников и двух их преподавателей, у которых, по-видимому, был урок.















Еще несколько видов Пердики - города куропаток, который напоминает крокодила :).

Продолжение здесь.